«Вы за Толкина или за Перумова?» Естественно, за Толкина. О чём вы говорите?
«Есть ли у вас любимый белорусский писатель или поэт, и какие произведения вам понравились больше всего?» На этот вопрос мне очень легко ответить, потому что один из моих самых любимых вообще писателей — это Владимир Короткевич (кстати, однокурсник Новеллы Матвеевой по Высшим литературным курсам). Короткевича называют «белорусским Мопассаном», называют справедливо. Он автор самого знаменитого советского триллера «Дикая охота короля Стаха», который Рубинчик, по-моему, очень страшно экранизировал. Действительно хорошее кино, хотя на сегодняшний вкус несколько медленное. Во всяком случае, повести я вам рекомендую обе, оба триллера Короткевича — и «Дикую охоту», и «Седую легенду». Я, кстати говоря, помню, как мне мать опять же в детстве (она раньше прочла) пересказывала эту «Дикую охоту короля Стаха», и это было гораздо страшнее, чем в оригинале. Это было очень здорово, это прекрасная повесть.
У него есть очень хороший роман, такой эпос исторический — «Колосья под серпом твоим». Но самое знаменитое его произведение — это, конечно, роман «Евангелие от Иуды». Оно экранизировано было, кстати говоря, но на русский с белорусского оно переведено только совсем недавно. Мне посчастливилось его прочесть по-белорусски в собрании Короткевича, ещё когда я в 1984 году приезжал на научную конференцию в Минск. Это было, конечно, довольно шоковое для меня впечатление. Я считаю, что это абсолютно великий роман. Ничего в нём мистического нет. Это роман о театрализованной, немножко похожей на роман Шарова репетиции восстания в Белоруссии, но это всё равно грандиозное явление.
И потом, стиль Короткевича упоителен, конечно. И Матвеева вспоминает, что общение, впечатление от личности этого человека было огромное. Он был ослепительно талантлив, хотя очень скромен. Стихи у него были, кстати, прекрасные, он начинал-то со стихов. В общем, «Короля Стаха», «Евангелие от Иуды» и «Колосья» я вам от души рекомендую.
«Знакомы ли Вы с творчеством Леонида Липавского?» Да, конечно — в той мере, в какой он напечатан. Я сразу вам хочу сказать, что и Друскин, и Липавский — это философия того уровня, который мне, конечно, не доступен. Но я читаю это с большим интересом, как и всё мне не доступное.
«Ваше мнение о творчестве Людмилы Улицкой. Какую её книгу считаете лучшей?» Лучшее, на мой взгляд, что написала Улицкая, — это книга рассказов «Девочки», потрясающих рассказов. Она абсолютный открыватель этой темы — детства в тоталитарном социуме. И, конечно, блистательные там есть вещи, типа «Бедная счастливая Колыванова», это просто эталонный рассказ. Вообще ранние рассказы — понимаете, они очень физиологичные, но при этом не противные, не отталкивающие, они с огромным темпераментом написаны. Из всех её других сочинений мне больше всего нравится «Зелёный шатёр», — нравится потому, что он написан очень концептуально новым способом. Там перехлёстывают друг друга эти темы, дважды одна и та же история внахлёст изображается глазами разных людей. В общем, «Зелёный шатёр» я вам рекомендую больше всего. «Даниэль Штайн» — тоже замечательная книга, но я больше всего люблю вот это.
«Как Вы относитесь к „романам“ Ролана Барта?» Плохо отношусь. Неинтересно.
Дальше большой вопрос про Дяченко. Вернёмся через три минуты. Нет? Нет, не вернёмся, ещё есть время. Тогда успею, по крайней мере, его озвучить: «Романы Дяченко, — Марины и Серёжи Дяченко, — „Vita Nostra“ и „Мигрант“ подтолкнули к таким мыслям. Развитие цивилизации исключительно по пути усложнения технологий не сделает нас счастливее». Знаете, как сказала Матвеева: «Но чтоб до истин этих доискаться, // Не надо в преисподнюю спускаться!» «Новым эволюционным вектором может (и должно) стать развитие внутренних резервов человека, но не посредством волшебных лучей или пилюль, а через „третью импульсную“. Каждый человек должен её активизировать в себе, — да, невозможно с этим спорить. — Человек может считаться полноценным членом общества только тогда, когда он делом докажет готовность брать на себя ответственность», — это абсолютно точно.
«Мигрант» — вообще недооценённая и едва ли не самая важная за последнее время книга Дяченко. Он слабее написан, чем «Vita Nostra», которая просто шедевр большой литературы без скидок на фантастику, фэнтези, на что угодно. «Vita Nostra» — настоящий шедевр. 20 лет они работают вместе — и вдруг неожиданно такой всплеск, который не только не уступает их ранним книгам, таким как тетралогия «Скитальцы» или совершенно потрясающая «Долина Совести», меня просто потрясшая когда-то. Но я считаю, что «Vita Nostra» — это роман, достойный называться абсолютным шедевром последних 10 лет и в русской, и в украинской, и в европейской литературе. Они, кстати, и были лучшими фантастами Европы признаны однажды.