«Как вы выбираете, что успеть? Или вы успеваете все?»
Я ничего не успеваю. А делаю я то, что мне приносит наслаждение. На эту тему хорошо высказался Гэддис в «Agapē Agape», последнем своем тексте. Я, кстати, сейчас пытаюсь его передать самому мною чтимому гениальному переводчику Виктору Голышеву, Виктору Петровичу, в надежде, что он эту книжку просмотрит, и, может быть, переведет. Если начинать переводить Гэддиса, то, конечно, с «Американской готики», с «Деревянной готики», «Carpenter’s Gothic», или с этого изумительного последнего романа «Agapē Agape». Там умирающий от рака музыкант говорит: «Когда я озираю свою жизнь и все, что я делал, я вижу, имело смысл только то, что приносило мне наслаждение». Кроме наслаждения, критериев нет. Я делаю то, что мне приносит удовольствие. Помните, как сказано в Хагакурэ, в «Сокрытом в листве»: «Жизнь слишком коротка, чтобы делать то, что не нравится».
«Почему Салтыков-Щедрин остановил течение истории, и после времени пришло Оно? Ведь логичнее, что как раз тихой сапой рождается что-то совершенно другое, как девочка у Феллини в «Сладкой жизни». Правда, я не уверен, что это новое будет благодушным и терпимым».
Милый Кромвель (Оливер Кромвель — один из моих любимых собеседников), Оливер, разумеется, это новое не будет милым и терпимым. Лицо девочки в «Сладкой жизни» (а если вы помните, в ремейке у Янковского, в фильме «В движении» это лицо Оксаны Акиньшиной) — совершенно не факт, что эта девочка будет доброй и терпимой. Совершенно не факт, что будущее, которое придет, будет милым. Оно может оказаться и страшным. Но то, что подспудно эволюция происходит, вы абсолютно правы, я именно об этом и говорю. Другое дело, что Оно все равно прилетит. Понимаете, не нужно думать, что этот мир отомрет без травм — нет, свое Оно они вызовут на себя, успеют. Другое дело, что за это время успеет подспудно нарасти альтернатива.
Знаете, есть такой зверек селевиния, один из моих самых любимых, зверек очень смешной по сочетанию печальной мордочки и постоянных прыжков, таких прыгающих движений, который живет где-то на Балхаше. Его называют еще соней, одной из разновидностей сонь. Она кустарниками питается и кузнечиками тоже. Она сидит такая тихая, грустная, а потом вдруг резко прыгает и хватает кузнечика. Я вообще люблю смешных толстых животных. Вот отличительная черта селевинии заключается в том, что она очень любопытно линяет. У нее сначала нарастает новая шерстка, а потом слезает старая.
Вот мир линяет, как селевиния — сначала нарастает это новое поколение, а потом прилетает Оно. Наиболее наглядная сцена этого Оно, как я уже показал, нарисована у Стругацких в «Гадких лебедях». Мы уже вызвали на себя вечный дождь, и это, по-моему, всем этим летом происходит. Ну а потом — сияющие улицы и чистые новые люди, и только интеллигенты вроде Банева все думают: «Не забыть бы мне вернуться». Может быть, и мне предстоит подумать что-то подобное. Спасибо и вам на всяких добрых словах.
«Что вы думаете о Пристли?»
Говорил уже, что из всего написанного Пристли выше всего ставлю «Время и семью Конвей» по гениальной драматургической схеме второе действие происходит в будущем, первое и третье — в настоящем. И, конечно, высоко ценю «Опасный поворот». «Angel Pavement», «Улица Ангела» — неплохой роман, хотя, конечно, испорченный социалистическими заморочками, очень частыми для тех времен.
Вот весьма интересный вопрос:
«Навальный — это трикстер или дракон? Все время хочу попросить вас поделиться вашим пониманием главной черты. Почему дело трикстера-одиночки торжествует, но сам он никогда не становится во главе нового порядка? Иисус не воцаряется персонально на небе вместо отца»,— почему, воцаряется, он сидит одесную отца. «Тиль не становится Вильгельмом Оранским»,— конечно, не становится. «Гамлет не получает трон Эльсинора»,— понятное дело, Гамлет вообще гибнет. «Поттер не становится министром магии»,— тоже понятное дело. «Мне лично трудно представить, что будет с трикстером, если он не уходит со сцены, а возглавит новое мироустройство. Пожалуй, из него получится новый дракон. Замечательное зернышко сюжета для литературного замысла: трикстер не уходит, но проявляет тенденцию превращения в дракона. Такое может случиться и с Навальным, уверенным в себе пассионарием. С уважением, Сергей».