«Справедливо ли утверждение, что страна, слушающая блатной шансон, выбирает управляющими главных воров и их боготворит? Развивая эту мысль, можно ли сказать, что русские делятся на крадущих и тех, кто еще не ворует?»
Володя, нет, так я сказать не могу. Скажем иначе: все в мире, а особенно в России, делятся на тех, кто ворует и приворовывает. Бо́льшая часть населения России приворовывает, то есть берет то, что плохо лежит, иначе выжить невозможно. Есть часть, которая ворует активно и инициативно. Но это не называется воровством. Это именно называется «взять то, что плохо лежит». Проблема в том, что плохо лежит все. Все лежит не очень хорошо.
И вот в этом одна из российских проблем: российский народ не чувствует себя собственником страны, и не чувствовал им никогда. А может быть, это потому, что он действительно сознательно воздерживается от хозяйствования, он занят чем-то более важным, чем бизнес, голосование, хозяйствование, чем-то исключительно серьезным. Осталось понять — чем. В чем заключается вот это народное творчество? Потому что, в самом деле, сколько можно повторять? Действительно огромное большинство российского населения внешне ничего не делает, а внутренне оно занято постоянно какой-то неуклонной работой. Поэтому ничто никому не принадлежит. Поэтому русское воровство нельзя назвать воровством. Это, я бы сказал, перекладывание плохо лежащего, попытка плохо лежащее положить хорошо — то есть в свой карман.
««Твин Пикс» — это развитие мифа о двойничестве? Или Линч привнес что-то новое в третьем сезоне?»
Я не могу пока судить о «Твин Пиксе», пока не досмотрел последнюю серию. Не так много осталось времени. Как только она выйдет, сразу же (по-моему, 19 сентября или 20-го) у нас будет лекция, которая будет называться «Твин Писк, или Прощание Линча». Вот там пойдет речь о двойничестве и о том, что нового произошло.
«Как вы считаете, в чем популярность и феномен фильма «Горько!» Жоры Крыжовникова? Копья вокруг него продолжают ломаться. Спасибо. Василий».
Василий, к сожалению, не успеваю вам ответить прямо сейчас. Отвечу после короткой паузы. Но пока могу сказать с полной ответственностью, что фильмы Жоры Крыжовникова — это такая русская народная комедия (понятное дело, что это вполне достойный и полноправный жанр), в которой, как и во всякой нормальной комедии, вещи называются своими именами. Шуту это можно. В этом смысле самым точным социальным срезом России советской были фильмы Леонида Гайдая, в которых тоже многое позволялось называть своими именами. И шутки Гайдая мы помним до сих пор потому, что это были горькие шутки. Подробнее поговорим после неизбежной трехминутной паузы.
РЕКЛАМА
Продолжаем разговор. Я еще немножко поотвечаю на форумные вопросы, с вашего позволения, потому что они удивительно забавные в этот раз.
Так вот, возвращаясь к теме фильма «Горько!» Жоры Крыжовникова. Вообще Жора Крыжовников — единственный настоящий комедиограф в сегодняшней России. Скажу — почему. Комедиограф — это не тот, кто снимает хохму. Комедиограф — это тот, кто понимает связь между смешным и страшным, смешным и трагическим. Юрий Никулин, который коллекционировал анекдоты и много в этом понимал, на одной творческой встрече, на которой я был, к счастливому совпадению, объяснял, в чем основа анекдота: большинство анекдотов базируются на трагических ситуациях, и поэтому с помощью черного, как правило, юмора мы преодолеваем страх перед ними. Анекдот — это всегда цинизм, это всегда немножко перемигнуться на эшафоте (а на эшафоте в некотором смысле находятся все живущие). Действительно, по меткому и часто мною цитируемому выражению Искандера: «Юмор — это след от человека, заглянувшего в пропасть и отползающего обратно»
И вот Крыжовников не боится смотреть в эти пропасти. Большинство его шуток циничны. Большая часть его гэгов основана на ситуациях трагических и при этом пародийно переосмысленных. Поэтому «Горько!» говорит о современном состоянии России что-то очень важное, чего серьезный кинематограф не говорит вслух, потому что боится. Могу его понять.
«Кто для Володина главный герой пьесы «Осенний марафон»?»
Конечно, Бузыкин. Совершенно не понимаю, какой тут может быть выбор.