То есть Удальцов — это человек, который может менять свои взгляды или, во всяком случае, который под действием аргументов начинает серьезно размышлять. У меня нет предубеждений против Удальцова. Я не считаю его упрямым дуболомом, который ради своего революционного фанатизма игнорирует факты. Мне кажется, что у него есть перспективы довольно серьезные. Но как все будет развиваться, мы не знаем, потому что грядущая политическая осень, мне кажется, будет довольно бурной и малопредсказуемой.
«Прочитал два тома цикла «Темная Башня» Кинга. Мне очень нравится. Что вы думаете про это масштабное произведение?»
Видите ли, я считаю Кинга одним из величайших современных писателей. Его 70-летие в сентябре этого года я буду отмечать, как и все его фанаты. Ну, я человек, конечно, не пьющий, но уж бокал-то за него я точно подниму.
Тут, кстати, в связи с днем рождения очень много поздравлений сыну моему, чей день рождения девятнадцатый мы наступившей ночью начинаем отмечать. Он у него завтра, а фактически уже сегодня. Андрюха, я знаю, конечно, что ты меня сейчас не слушаешь, у тебя есть гораздо более важные дела. Но видишь — много народу за тобой следит, подглядывает, тебя поздравляет. И я тебя поздравляю, сынок! Самые радостные минуты моей жизни в последние девятнадцать лет связаны с тобой. Грех и глупо было бы говорить, что только с тобой (я не такой помешанный родитель), но ты один из главных для меня источников радости на свете. И я тебя поздравляю. Оставайся всегда таким же одаренным, непредсказуемым и невыносимым. Ты знаешь, что я люблю все одаренное и непредсказуемое, Россию прежде всего.
Так вот, что касается Кинга, чье 70-летие мы будем отмечать. Масштабное произведение, безусловно. Но «Темная Башня» — все-таки, мне кажется, это проект провальный. Почему? Мы поговорим через, насколько я понял… А, нет! Еще у нас есть минута целая, даже больше — две минуты. Поговорим. Понимаете, в чем история? Кинг, конечно… А, нет, вру. Это я путаю, потому что я в 56 заканчиваю последний час, а сейчас я до нуля, до новостей могу трепаться, сколько влезет.
Значит, Кинг по-настоящему реализует себя в противостояниях, в условиях довольно жесткого формата. Могу объяснить почему. Кинг положил жизнь на то, чтобы доказать (и доказал, по-моему, блистательно), что произведение в жанре хоррора может быть и непредсказуемым, и психологически глубоким, и неожиданным. То есть, грубо говоря, что мистика не означает безответственности, что в мистическом, готическом романе возможны и глубокие характеры, и непредсказуемые сюжетные повороты, и оригинальная фабула, да много чего.
И вот как мне кажется, в «Темной Башне» ограничений меньше всего. Кинг замечательно свободен, когда он преодолевает каноны жанра и когда он размещает своих героев в штате Мэн, в Бангоре, или в каком-нибудь очередном своем Кастл-Роке, в одном из своих маленьких северных городов. Но как только он попадает во вселенную, которую он кроит по абсолютно свободным, собственным, личным законам, эта свобода начинает играть с ним дурные шутки — появляется элемент необязательности, некоторого, я бы сказал, произвола. Мне «Темную Башню» читать скучновато.
Кинг гениален в одном — в выборе литературного первоисточника в данном случае. Вот мой любимый поэт Роберт Браунинг сделан у него главным источником. И он так замечательно обошелся вот с этой первой строфой баллады «Наехал на Темную Башню молодой Роланд»: из одной первой строфы Браунинга, где он встречается с сумасшедшим стариком-пророком, он взял все настроение «Темной Башни». Действительно, в одну строфу вместилась вся темная романтическая готика «Темной Башни». И надо сказать, что из всего, что написал Браунинг, абсолютно лучшая вот эта маленькая поэма. Хотя я и «Сорделло» люблю, и «Пиппа проходит» мне нравится, и грандиозные его романы в стихах последних лет замечательные, но ничего лучше, чем «Наехал на Темную Башню Роланд» он не написал. Кстати говоря, мы с Юлией Ульяновой включили этот текст в свою антологию «Страшные стихи». Я подозреваю, что он лучше всего иллюстрирует, что такое готическая поэзия.
Вот там Кинг это взял и из этого действительно развил, построил свою вселенную. Но уже в «Волках Кальи», я чувствую, что в этой вселенной что-то слишком много всего напридумано, и в цельную систему это не складывается. Когда Кинг противоборствует с конкретной вселенной штата Мэн, получается и напряженнее, и интереснее.