«Всегда ли сложность является положительной и дает большую свободу? Ведь сложная ситуация может быть результатом запутанности».
Понимаете, есть сложность органическая, а есть механическая. Есть чисто механическая сложность бюрократии, когда сложно получить бумагу, сложно пройти по всем кругам бюрократического ада, сложно узнать ту или иную информацию. Но это не сложность, это трудность (назовем вещи своими именами). А сложность — это тонкая организация.
Кстати говоря, меня тут спрашивают:
«В чем заключается ваш главный урок от воспитания детей?»
А тут еще и день рождения сына. Почему бы не порефлексировать действительно на эту тему?
Вот главный урок от воспитания детей я понял. То, что мне кажется бардаком в комнате ребенка (сначала дочери, а потом и сына) — это не бардак, это тонко организованный порядок. И русский беспорядок — это такой особенный порядок. Понимаете? Это все вещи лежат на своих местах.
Вот кстати, что меня убило? Я несколько раз в Выборге, ну, просто чтобы пообщаться с Хржановским, руководителем мультипликационного жюри (Андрей Хржановский — один из моих любимых режиссеров и отец одного из моих любимых режиссеров), я пошел пару раз посмотреть мультпрограммы. И вот меня поразило, как назидательно в этих детских мультяшках — не в таких артхаусных, гиковских, дебютных, а в таких прикладных, союзмультфильмовских,— как там навязчиво проводится мысль о порядке. Там все время учат детей положить куклу в коробку, положить двигатель, машинку на полку.
Ребята, это глупость! Игрушка существует для того, чтобы в нее играть, а не для того, чтобы класть ее на место. А у нас, понимаете, вот эта идея упорядочивания русской жизни… На кладбище тоже порядок (классическая формула). Понимаете, у нас сейчас все упорядочивается, все становится по ранжиру, все должно лежать на своих местах. Ребята, не должно! Жизнь — это органический процесс. Когда ребенок играет в игрушки, никакого нет криминала в том, что, скажем, кукла находится под кроватью — может, у нее там домик. Мячик находится в ванне? Ничего особенного — он там плавает. То есть все вещи не должны находиться на местах. Ребенок не упорядочивает мир, поймите вы. Это поэт его упорядочивает, я не знаю, полковник, неважно. Именно поэтому, кстати, может быть, так тянет полковников к поэтам. Сталин тоже был большой любитель стишки писать, да и читать стишки.
Но проблема в том, что для ребенка идея порядка не органична. Все должно находиться не на тех местах, где, как вам кажется, взрослым, это уместно, а на тех, где ему удобно. Бог играет. Мир — это игра. И поэтому в мире такой, в общем, хаос. Кстати, сама идея порядка, упорядочивания, вообще-то, Богу враждебна, потому что порядок Бога — это не порядок армейского ранжира. На эту тему есть прелестное стихотворение у Давида Самойлова:
Эта плоская равнина,
Лес, раздетый догола,
Только облачная мнимо
Возвышается гора.
Гладко небо, воздух гладок,
Гладки травы на лугах.
И какой-то беспорядок
Только в вышних облаках.
Это святая мысль! Поэтому я считаю, что чем меньше порядка в доме, тем он тоньше и интереснее организован.
Не надо путать, конечно, беспорядок с грязью. Если везде, условно говоря, кошачья шерсть или какие-то немытые тарелки (вот что я ненавижу абсолютно) — это, конечно, ужасно. Вот Окуджава говорил, что его любимое занятие после сочинительства — это мыть посуду, потому что есть ощущение, что вносишь гармонию в мир. Это так и есть. Но требовать, чтобы все лежало на местах или, как в России сейчас, чтобы все было приведено в соответствие с довольно убогими и плоскими представлениями? Нет, ребята, этого не будет никогда! Мир — это пространство игры, это царство свободы. Иначе неинтересно.
«Миф дает способность видеть в реальности высшую правду, он дает улыбающееся знание о вечном, всегдашнем, непреложном, о схеме, в которой и по которой живет мнимо индивидуальное, не подозревая в наивном самомнении своей первичности»,— цитата из Томаса Манна».
Спасибо, да. Это лишний раз доказывает, что миф и есть то, что мы прозреваем, то, что мы угадываем, а не то, что мы выдумываем.
«Что вы можете сказать о мифе об Эдипе? Каково его значение?»
Ну, слушайте, Игорь, такой вопрос, это вам надо лекцию… Да, тут же, кстати, просят выпускники Журфака, однокурсники просят передать привет Жанне Сергеевой, если я ее встречу. Жанка, если я тебя встречу, передаю тебе привет! Жанна Сергеева училась когда-то еще у меня в моей литстудии, когда она была еще школьницей, в «Школе юного журналиста». Уже тогда она была прелестна. А потом действительно училась на журфаке, на два курса младше меня.