И главная проблема этого спора, главный предмет, пуант его — это попытка выяснить, кто из двух рэперов настоящий, а кто продажный. Это, в общем, повторение того же формата, который сейчас довольно широко представлен в нашей оппозиции. Вот Удальцов не берет денег у Ходорковского, потому что «Ходорковский — враг России». Навальный советует Удальцову внимательнее выбирать куратора. Все время идет разговор на вечную тему: «А ты проплаченный или ты настоящий?» Поэтому вполне естественно, что этот баттл привлекает внимание.
Обратите внимание, что и дебаты Навального и Стрелкова (Гиркина) привлекли такое внимание… Конечно, гораздо меньшее, чем рэп-баттл. Вот если бы они происходили в формате рэп-баттла, то было бы не оторвать, за уши не оттянешь! Но они привлекли такое внимание в том числе потому, что это публичный диалог.
Смущает меня одно — что в этом диалоге все ждут именно оскорблений, ждут, кто кого затопчет. Это идет такая практика доминирования. Для рэп-баттла это вещь естественная, потому что это вообще грубый, уличный, кабацкий жанр. Но мне больше нравятся поэтические состязания, когда миннезингеры или трувёры соревнуются в том, кто лучше воспоет Прекрасную Даму, а во время айтысов акыны соревнуются, кто лучше подденет социальное неравенство или вытащит наружу какую-то проблему бытовую. Соответственно, слэм — это тоже демонстрация прежде всего своих декламаторских и поэтических способностей, а не своего навыка как можно нагляднее облить говном оппонента. В том, чтобы облить оппонента говном, может быть, и нет ничего дурного, особенно если этот оппонент ничего другого не заслуживает, но мне кажется, что все-таки практика доминирования не так интересна, как практика нормальной живой поэтической конкуренции.
Вот если бы они соревновались в воспевании чего-то или, наоборот, в социальной сатире — это было бы занятно. А практика оскорблений… Ну, в этом нет ничего такого. Хотя я искренне верю, что у них вполне душевные отношения после этого, они как боксёры, после последнего раунда искренне обнимутся и пойдут вместе бухать или, допустим, вместе гулять. Это совершенно нормальная ситуация. Просто мне кажется, что поэтическое состязание могло бы не ограничиваться рэп-баттлом.
Мне очень нравится также и то, что подавляющее большинство сегодняшних… ну, я не скажу, что это рядовые зрители, потому что это все-таки культурный слой, но подавляющее большинство сегодняшних слушателей и зрителей хотят прислушиваться к поэзии, хотят, чтобы поэзия рефлексировала на тему сегодняшнего дня.
Почему это важно? Потому что, во-первых (все-таки прав Бродский), поэзия — это такое мироупорядочивающее, мирогармонизирующее дело, и в этом смысле оно довольно благородно. Ну и естественно, второй пункт — поэзия говорит о том, о чем все молчат. Поэзия (вот так она устроена странно) врать совершенно не умеет, она проговаривается о том, что у всех на уме. Вот что у всех на уме — то у поэта на языке. Поэтому поэт и воспринимается часто как такой пьяный, как бы пребывающий в состоянии делирия, в таком вечном восторге и так далее. Поэтому интерес к поэзии сегодня — это, в сущности, интерес к своему подсознанию, к тому, что в нем делается. И вот они вытащили это подсознание наружу. Отсюда же интерес, кстати, к группе «Ленинград», которая похитрее, потоньше, но примерно то же делает. Вот то, что мы матом продумываем, она матом поет.
Конечно, очень интересно, что большинство персонажей, взыскующих публичного внимания, немедленно обратили внимание тоже на этот вариант славы, на этот путь к славе. И Шнуров уже позвал Познера на рэп-баттл. А Навальный написал, задрав штаны и побежав за комсомолом, на мой взгляд, несколько суетливо, заметку о том, что у рэп-баттла великие перспективы. Конечно, сам Навальный в качестве исполнителя рэпа вряд ли достигнет каких-то высот, но посмотреть на поединок Шнурова с Познером было бы, по крайней мере, занятно, потому что это была бы пародия на пародию.
Что касается меня, то…
Для меня техника рэпа —
Мне под нее косить смешно и нелепо,
Потому что я без всякой подготовки
Могу импровизировать… на достаточно высоком уровне!