Седакова интересно экспериментирует в этой области. Да много, в общем, есть авторов, которые пишут такие стихи. У Аделаиды Герцы́к были очень… Или Ге́рцык? Герцы́к, мне кажется, все-таки. Были очень интересные эксперименты. Это поэзия будущего. Это не значит, что русская поэзия каким-то образом станет безрифменной. Нет, она никогда не пойдет по пути абсолютного верлибра. Но дольник — это такое ее замечательное светлое будущее.
Тут, кстати, огромное количество народу вызывает меня на баттлы. Ребята, не будет этого! Во-первых, я не знаю, кто вы такие. Зачем мне с вами выходить на баттлы? Во-вторых, я говорю: я не планирую этим заниматься всерьез. Это для меня упражнение стилистическое, а для вас — к сожалению, способ пропиариться. Ну, я вам не дам этой возможности. Хотя вас уже 19 человек только за время этого эфира. Простите меня все.
«Сильно зацепили «Бесы» Достоевского, Чехов «На охоте», Андреев «Он», Бэнкс «Осиная фабрика», Елинек «Пианистка», Фаулз «Волхв», Реверте «Клуб Дюма», Маклин «Страж», «Сияние» Кинга и «Дом листьев». Какой вы можете посоветовать лютый триллер сродни вышеперечисленным? »
Ну, kotavr милый, если бы я… Мне нравится очень ваш ник. Из фильмов, безусловно, Полански — «Жилец» и «Отвращение», которые сделаны примерно на одну фабулу, это такой как бы ремейк («Жилец»). А из книг я даже… Ну, прочтите «Горькую луну». Она экранизирована тем же Полански, но книга ничуть не хуже, и мне даже представляется, что, может быть, она в каком-то отношении сильнее картины. Хотя там много лишнего, по-моему, того, чего в фильме нет.
Я все пытаюсь вспомнить имя вот этого автора замечательного, который ничего больше… А, Брюкнер! Который ничего больше такого мощного-то не написал. Хотя у него есть вообще неплохие книжки, и они выходили по-русски — в частности «Любовь к ближнему» я помню. Брюкнер все-таки замечателен вот этим романом. Почитайте его. Что еще? Ну, наверное, вам понравится «Голем». Хотя Майринк там… Ну, прямо скажем, он пугать умеет, а рассказывать истории — не очень. Ну, может, вам понравится. Ну и Фланнери О’Коннор, конечно, только не романы, а рассказы.
«Почему все демократы не объединятся?.. »
Ну, я же вам говорю: демократы как раз объединяются с легкостью. Это зло не может объединиться, ему мешает тщеславие. Я вполне верю в возможность такого объединения.
«Мне показалось что между «беллетристикой» и «литературной попсой» вы ставите знак равенства».
Нет, Игорь, это не так. Беллетр — это все-таки, знаете, хорошая литература, хорошие буквы, хорошее письмо. А попса — это, к сожалению, ремесленничество… или даже не ремесленничество, а посредственность. Я очень люблю Куприна. Куприн — беллетрист. Очень люблю Грина. Грин не возражал, когда его называли беллетристом. Умение писать увлекательно — это не попса. Наоборот, увлекательность, по-моему, совершенно неизбежное следствие настоящего ремесла.
«Расскажите про Лаэртского или Губермана».
Про Лаэртского трудно говорить, я недостаточно знаю его тексты, хотя люблю. Про Губермана сделаем со временем обязательно.
«Песни БГ меня зачаровывают, а песни Шевчука заставляют плакать. Что со мной не так? »
Все с вами так. Если вы способны плакать от поэзии (а Шевчук, безусловно, поэт настоящий), то и слава богу. Если вас зачаровывает БГ, то это еще лучше. У меня наоборот: меня совершенно зачаровывает энергия Шевчука, а плачу я, когда слушаю «Та, которую я люблю».
«Вопрос о современном графоманстве…»
Много вопросов.
«Я считаю себя графоманом», — пишет человек. Или: «Я пишу явно плохие стихи. Стоит ли мне продолжать? »
Конечно стоит. В любом случае, если вы не придаете этому какого-то гиперзначения, если вы не жертвуете жизнью ради этой профессии, то это в любом случае гармонизирует вашу жизнь и как-то увеличит количество гармонии в мире, так мне кажется.
«Напомните, как обстоят дела… про секретную платформу на пригородной железной дороге».
Да закончена эта книжка, но я совершенно не хочу ее пока печатать. Не надо собой перекармливать. В будущем году я ее издам. Это маленькая повесть. Ну, как маленькая? У меня совсем маленькие не получаются. Она примерно размером с «Эвакуатора». И это не секретная станция. Там проблема в том, что находится на этой станции. Но это в книге не сказано. Это только очень умные читатели уже поняли.