И даже будучи искренен, скажу, что великий экспрессионистский роман, действительно как фильмовый сценарий, «Гиперболоид инженера Гарина», где дан, наверное, самый яркий образ Ленина во всей русской прозе, да и мировой — этот роман мне представляется качественно гораздо более удачным. Что касается «Аэлиты», ну такая проба пера по возвращении из эмиграции. Даже, по-моему, он в эмиграции еще начат. Такая попытка написать идейный трэшак.
Ну, какие современные там можно найти смыслы? Понимаете, сейчас очень много говорят об освоении Марса, и о том, что мы собираемся туда лететь, и американцы. Мне кажется, что это способ такой экстенсивный. Это экспансия, вместо того чтобы заглянуть в себя. Вот мы уже Марс покоряем, а некоторые провинциальные города России у нас выглядят уже почти как лунный пейзаж. Мне кажется, что надо все-таки сначала разобраться с собой.
Ну помните, как уже у упоминавшегося сегодня Александра Житинского, в его раннем рассказе «Микроб», там автор, биолог, спрашивает микроба: «Ты какой?» Говорит: «Я холерный. А ты какой?» — и он понимает, что он не может ответить. Как мы с вами не можем ответить на вопрос о нашем предназначении. И микроб, большой пушистый микроб, ему назидательно говорит: «Вот видишь, а лезешь к другим в душу со своей трубой». Вот это примерно так же и здесь, мне кажется. Довольно симпатичная мысль, нечего нам пока, мне кажется, делать на Марсе.
«Я предлагаю сделать качественный детский канал на YouTube, это самая популярная площадка у школьников. Готовы ли вы помогать?»
Да готов, конечно. Я даже вам отдам всех своих страстно жаждущих работы детей из так называемой новой школы, потому что у меня там есть творческий семинар «Мастерская», туда бегают человек тридцать, которые хотят делать журнал. И вроде у нас есть договоренность об этом журнале. Но я вам их отдам с удовольствием.
Кстати, вот тут очень много вопросов насчет Нового года. Вроде бы, слава богу, мне пока пообещали Новый год на «Эхе», во всяком случае участие в нем. Уже в третий раз подряд, я надеюсь, мы будем это делать. И у меня появилась такая странная мысль по поводу эксплуатации детского труда. Ну, раз они так хотят безумно, и раз у них столько идей, не сделать ли нам этот Новый год отчасти силами нашей прогрессивной детворы? Они договорятся с родителями, их отпустят на ночь на «Эхо». И они в принципе вполне готовы, как я понимаю, сделать некоторую часть работы самостоятельно — какие-то репортажи, монтажи, чтения стихов, разговоры, дискуссии, репортажи с московских улиц, ночные включения. Они все это безумно хотят сделать, и у них очень в принципе все с мозгами хорошо, они как бы готовы поучаствовать. Вот скажите, хотите ли этого вы, и вообще какие у вас есть пожелания на новогоднюю ночь.
Тут очень многие спрашивают, как сложилась судьба хомяка Крупской, поскольку это был год 100-летия открытия короткохвостого хомяка. Очень многие интересуются, какова судьба этого хомяка. Прекрасно все у этой Крупской, она разожралась до совершенно чудовищных размеров, она очень хорошо себя чувствует. Мы ее, если хотите, принесем в студию. Тогда она досталась молодой поэтессе из Воронежа Наташе Косякиной, которая приехала туда, со страшной силой, первой. У нас был конкурс — хомяк достанется первому приехавшему. И под бой курантов на костылях вломилась в студию Наташа Косякина. Это просто был какой-то ну шок для всех присутствующих. И она получила эту свою Крупскую совершенно заслуженно. Значит, я надеюсь, что Крупская будет присутствовать в студии.
Но какие у вас будут пожелания, каких людей вы бы хотели видеть, какие идеи, какие есть у вас игры творческие, развивающие, что вы хотите на этот Новый год? Я со своей стороны думал сделать поэтический концерт, записав главных поэтов современной России — ну, всех их в студию не позовешь, но записав их любимые стихи и поздравления аудитории «Эха». Я хотел бы это сделать. Но, к сожалению, это не у всех находит понимание, и вряд ли большинство захочет слушать поэтический вечер, хотя бы это были и самые лучшие поэты современной России, на мой, во всяком случае, вкус. Поэтому вы мне пишите, чего хотите. Мы попробуем это сделать весело.
И если правда кому-то из вас захочется увидеть там детей, то я, конечно, тоже это приветствую. Потому что никакого использования детского труда в этом нет, это, по-моему, даже в каком-то смысле увлекательно. Родители будут в курсе. Мне хочется сделать Новый год на «Эхе» силами подростков, понимаете, потому что за время работы этих двух семинаров — «Бейкер-стрит», где расследования происходят, и «Творческая мастерская» — я обнаружил какое-то просто феноменальное разнообразие способностей, талантов, идей у этих детей. Если бы мы их позвали в студию, мне кажется, вам будет интереснее.