«Человек нужен Богу совсем не для игры в прятки, а просто Бог не может воздействовать на физический мир непосредственно, а человеку это возможно».
Вот это уже второе письмо на эту же тему. Действительно, была интересная, конечно, идея Юлия Дубова, что Бог грешить не может, поэтому он грешит человеком. Это еще веселее. Но, к сожалению, это все еще не отвечает на вопрос о цели. Хотя, безусловно, концепция необычайно привлекательна.
«Я пытаюсь задуматься над содержанием отечественного метадискурса, который нужно безоговорочно принять, чтобы видеть смысл в действиях власти. Его называют «осажденная крепость». Но в чем его содержание? Есть ли документ, трактат, литературная основа, откуда взялся дискурс «Россия — носительница правды»?»
Ну понимаете, так-то в принципе надо обращаться еще к «Слову про закон и благодать», вероятно, потому что там впервые доказано, что у всех закон, а в православии благодать. Но это не совсем доказано, но вброшена эта мысль. Я не знаю, понимаете, я не могу вам назвать основополагающего текста, в котором была бы каким-то образом заложена эта замечательная триада — самодержавие, православие, народность. Было ли это где-то до Уварова? Ведь Уваров не с неба это взял, не с потолка. Это же не было ему транслировано властью. Действительно, идея, что «Россия — страна богоносного народа, народа-богоносца, а все остальные лежат во зле» — наверное, это откуда-то взялось. Но самое ужасное, что я не могу найти источник.
Одно меня как-то убеждает в том, что все эти идеи западного происхождения. В российских таких ура-патриотических текстах, особенно в славянофильских текстах XIX века, очень распространен такой постпозитив: «Среди лесов глухих да полей тучных Русь святая, народ православный, весть благая», — и так далее. Все эти постпозитивы, они восходят, мне кажется, к французскому, в котором постпозитивные определения довольно частая вещь. То есть это не русская грамматика, это откуда-то позаимствовано.
Но это отдельный разговор, и я не рискну его вести, это какой-то очень грамотный источниковед, знающий и русскую, и западную литературу XVIII–XIX веков. Первым на ум приходит Зорин, вторым — Олег Проскурин, мне кажется, они могли бы подсказать. Кстати, у Веры Проскуриной есть замечательная работа об идеологии Екатерины Великой. И мне кажется, что где-то там гнездится это стилистическое оформление осажденной крепости и местной уникальности. В любом случае, надо искать, мне кажется, среди переписки Екатерины Великой с Дидро и иными. Иначе, во всяком случае, не найдешь. Это нужно очень глубоко знать ситуацию.
«Я согласна, что все жители Германии 33-го года, поддержавшие Гитлера, виновны в том, что произошло после. Но ефрейтору 22-го года рождения, о котором говорит Коля из Уренгоя, тогда было 11. А к моменту его совершеннолетия у него было два варианта — самоубийство или служба в армии. К тому же все годы своего взросления он слушал пропаганду в школе о судетских немцах, зверски убитых, российских царей германского происхождения, и прекрасном будущем Вермахта, и прекрасном будущем Рейха. Можно ли считать его виноватым? Значит ли это, что такой же ответственности и независимости мы требуем от сегодняшних школьников?»
Да, значит. Ну а что такого, слушайте? Почему-то Софи Шолль, которую гильотинировали за «Белую розу» и которой было 23 года или 22, почему-то у нее хватило ума, хотя она была в Гитлерюгенде. У нее хватило ума раскаяться. Ну, там не в Гитлерюгенде, в какой-то молодежной организации. Почему-то у нее хватило ума все понять про фашизм и создать такую организацию. Да совершенно не обязательно было распространять листовки, можно было так или иначе… Вот ее брат, например, нашел способ в армию не пойти. Очень многие дезертировали, а другие боролись.
Ну, ты живешь в жестком тоталитарном социуме, положим. Понимаете, во-первых, была возможность для эмиграции. Во-вторых, когда началась война и начался призыв, и все ужесточилось до предела, многие находили способы в эту армию не идти. Ну в конце концов, понимаете, нельзя с человека снимать ответственность. Вы говорите — да вот, да их обрабатывали, да это была пропаганда… Голова тебе зачем? Понимаете, огромное количество антифашистов было среди немцев.