Да, так нас сегодня поставили в такие обстоятельства, что мы постоянно выясняем отношения вместо того, чтобы делать некоторое общее дело. Общего дела быть не может, потому что предрешен в этих выборах результат. Ну, значит, надо как-то смотреть дальше этих выборов, вот и все, и думать об общем деле, которое надо сформулировать. На мой вкус, таким общим делом может быть стремительный образовательный или интеллектуальный рывок в воспитании достойной смены. Этим я по мере сил и занимаюсь. Таким делом может быть создание новой национальной мифологии, серьезная рефлексия на тему национального характера, веры, принципов и так далее. Этим кто-то должен заниматься, потому что национальный характер у нас не осмыслен, не понят, мы все чаще выдаем за него агрессию и тупость, а это далеко не так.
Вот правильный разговор о том, что Путин опирается на некоторые черты национального характера, — этот разговор подменяется постоянно разговором об инерции: Путин опирается главным образом на инерцию, инертность. Да, эта инерция есть, она присуща всем большим массам, но национальный характер далеко не сводится к тому, что сейчас демонстрирует Россия.
Так вот, как создать обстоятельства, кроме внешней войны, в которых бы Россия демонстрировала its best, демонстрировала бы свои лучшие национальные черты, — вот это действительно серьезная проблема, это проблема национального масштаба. Интересно же, в каких обстоятельствах Россия достигает своих максимумов. Не во время войны. Как правило, это происходит во время застоя. А чем застой так комфортен, и как можно совмещать его с прогрессом? Тут есть о чем думать.
Но у нас же сейчас, понимаете, само понятие, само занятие думания подменено опять же калометанием, сетевыми беспрерывными разборками. Стоит тебе высказать какую-то гипотезу — и, как всегда, возникает какой-то человек, который не в силах поддержать диалог, а в силах только сказать: «Остапа несло». Ну, давайте пусть будет дальше нести Остапа, потому что без гипотез, без смелых идей, без попытки взорвать это молчание сегодня ничего не будет. Сегодня любой человек, который мыслит, он по определению подставляется. В этом смысле, конечно, появление Собчак с ее способностью подставляться сильно разряжает общественную атмосферу.
«Что вы можете сказать о романе «Пожиратели звезд» Ромена Гари? Писатель главную героиню списал с Джин Сиберг. Но каким образом построены взаимоотношения юной американки и генерала Альмайо (мотив доминирования и покорности)? Это наводит на мысль, что литературное творчество было для Гари средством изживания собственных комплексов».
Я миллион лет не перечитывал «Пожирателей звезд». Недавно сравнительно перечитывал «Белую собаку» и «Дальше ваш билет недействителен». Ну, «Обещание на рассвете» хорошо помню. То, что Гари всю жизнь изживал свои комплексы — это совершенно очевидно. И это делает его таким «французским Хемингуэем» (о чем и говорилось много раз). Но ведь это не худший способ сосуществования со своими комплексами. А что еще можно сделать с ними? Как еще можно с ними бороться? Литература для того и существует, чтобы решать свои проблемы путем их переформулирования, если угодно. И творчеств только для этого и нужно.
«Какой, на ваш взгляд, лучший филфак в России?»
Безусловно, новосибирский, но это мое частное мнение, ни на чем не основанное, кроме личного опыта. Самые интересные дискуссии, самые интересные разговоры, самые интересные доклады на конференциях — все это у меня связано с новосибирским филфаком и с десятой общагой, где жили филологи, где я часто ночевал, приезжая туда на научные студенческие всякие сборища. Но, видите ли, а кто-то назовет РГГУ и будет прав, и кто является патриотом филфака МГУ. Мое мнение в данном случае ничего не решает. Я просто знаю, что новосибирский кампус — это по атмосфере своей больше всего похоже на кампусы американские, а я как-то в силу разных обстоятельств к ним привержен.
«Стоит ли доносить на врагов не либеральных взглядов?»
Доносить не стоит ни на кого. Мне просто кажется, что стоит с ними спорить, не уходя от полемики.