Как вы смеете называться поэтом
и, серенький, чирикать, как перепел!
Сегодня
надо
кастетом
кроиться миру в черепе!
А мне, например, понравилось, что он, наоборот, не кроится миру в черепе, что он умудряется среди всего этого писать про фиалковые ликёры и про кокетливых женщин.
Мне очень нравились его автобиографические „Колокола собора чувств“. Мне нравятся некоторые его эмигрантские стихи. А последние стихи, которые он, кстати, успел в 1940 году напечатать в „Огоньке“… То, что он писал в 1940-м — это просто слёзы абсолютно, очень трогательно. Вот пишут, что у него очень музыкальные стихи, их можно даже отстучать каблуками. Это, знаете, не главное, но тоже — да, действительно. Вот цитируют замечательно:
Мы живём, точно в сне неразгаданном,
На одной из удобных планет…
Много есть, чего вовсе не надо нам,
А того, что нам хочется, нет.
Это смешное стихотворение, но это, конечно, подражание Тэффи. Помните: „Все равно, где бы мы ни плавали — // Не поднять нам усталых ресниц“, — эмигрантское стихотворение. Он, конечно, очень вторичный автор, но всё равно милый.
„Пророком XX века считают Мережковского. На ваш взгляд, кто может стать пророком XXI века?“
Очень трудно мне сказать. Премию „Кассандра“ получил в своё время из рук Марьи Васильевны Розановой Дмитрий Фурман (не путать с писателем). Он многое предсказал, конечно. Из социологов, из мыслителей, из философов? Трудно мне сказать. Очень многие думают, что пророческими были последние записи, последние работы Мамардашвили. Не могу этого сказать, не чувствую этого.
Мне кажется, что очень многое угадал Аверинцев. И я вообще совершенно согласен с этой антитезой, которую проводит так точно Денис Драгунский, — антитезой культуры и культурности, противопоставляя Аверинцева как носителя культуры и Лихачёва как носителя внешней благостности. Всегда приятно, когда твоя интенция совпадает ещё с чьей-то (по крайней мере, негодование отдельных пуристов делится надвое). Но мне кажется, что Аверинцев с его гениальной формулой „выбор у дьявола — всегда выбор из двух“, с его гениальной формулой „XX век скомпрометировал ответы, но не снял вопросов“ может быть пророком XXI века. Во всяком случае, сейчас мне острейшим образом его не хватает.
„Что вы думаете о сравнительном уровне интеллекта у ваших студентов в России и в Принстоне?“ Я уже говорил: американцы больше говорят, а наши, может быть, быстрее соображают. Я говорил о том, что этот интеллектуальный всплеск последних двух-трёх лет чувствуется в Москве и в Принстоне одинаково. Вчера, когда я читал лекцию в МПГУ на дефектологическом факультете (факультете традиционно не самом популярном), я был поражён уровнем внимания аудитории и вопросов аудитории, на которые было отвечать нелегко. При том, что это никак не элитный вуз, а это пед, он должен ещё только стать элитным. Должен вам сказать, что мне было непросто сориентироваться. Может быть, 20 человек галдели или тыкали опять-таки в гаджеты, но 120 демонстрировали удивительную монолитность.
„Что вы думаете о творчестве Николая Климонтовича?“ Очень люблю „Последнюю газету“. „Дорога в Рим“ — интересная книга. Потрясающие его последние предсмертные записи для себя, по-моему, в „Октябре“.
„Новый роман Данилевского разочаровал, но я заказал второй том. Это так и работает?“ — спрашивает bennyprofane. Наверное, это речь идёт о Марке Данилевском и о романе „The Familiar“, в котором предполагается 27 томов. Знаете, он меня не то чтобы разочаровал. В нём же ещё пока ничего не происходит, в нём вот эти девять линий начинаются. Он разочаровывает, конечно, некоторой избыточностью, монотонностью, но в нём есть блистательные куски, и общий замысел довольно любопытен. Посмотрим, куда он это вытащит, куда выведет. Немножко он напоминает масштабами своими, конечно, этот наш проект „Цивилизация“, но всё-таки Данилевский — автор гораздо более высокого класса.