Д. Быков― А тебе не кажется (вот многие говорят), что это бандитская культура?
А. Лазарчук― Нет конечно.
Д. Быков― А почему у неё такой имидж, такой образ?
А. Лазарчук― Извини, во время войны военная пропаганда противника обязательно…
Д. Быков― А кто люди, которые туда едут?
А. Лазарчук― Туда едут разные люди. Как тебе сказать…
Д. Быков― Лазарчук всегда делает долгие паузы.
А. Лазарчук― Понимаешь, если бы не мои проблемы с… Ну, не буду рассказывать.
Д. Быков― Не будем говорить с чем, да.
А. Лазарчук― То я бы и сам поехал.
Д. Быков― А, ты имеешь в виду всё-таки проблемы с глазами?
А. Лазарчук― С глазами, да.
Д. Быков― Ты бы поехал?
А. Лазарчук― Конечно. То есть я понимаю, что в окопе мне делать нечего, но так…
Д. Быков― Нет, ты стреляешь-то хорошо, но вопрос: зачем тебе стрелять?
А. Лазарчук― С этими глазами я уже не так.
Д. Быков― Подожди, Андрей, хорошо ли тебе стрелять, нужно ли это тебе?
А. Лазарчук― Иногда нужно.
Д. Быков― Объясни.
А. Лазарчук― Не знаю, не могу объяснить. Вот это то необъяснимое внутри, которое, в общем, делает нас людями.
Д. Быков― Нет, Геннадьевич, ты писатель, тебе положено…
А. Лазарчук― Я тогда должен книжку написать, чтобы объяснить.
Д. Быков― Это могла бы быть неплохая книжка. Вот такие персонажи, как Моторола, какие вызывают у тебя чувства? Это может быть потенциально герой книги?
А. Лазарчук― Я его не знаю, к сожалению.
Д. Быков― Но кого-то ты знаешь?
А. Лазарчук― О, да! Наверное, персонаж был бы очень колоритный.
Д. Быков― Знаешь, колоритный — это не значит хороший.
А. Лазарчук― Нет, естественно. Где-то даже эпический, я бы сказал.
Д. Быков― В значении «эпическая сила», да?
А. Лазарчук― Да.
Д. Быков― Если я правильно понимаю, мы должны сделать паузу. Лазарчук, ты можешь посидеть ещё 20 минут?
А. Лазарчук― Да легко.
Д. Быков― Хорошо, продолжим.
РЕКЛАМА
Д. Быков― Привет, полуночнички! По бесчисленным просьбам остаётся Андрей Лазарчук — прославленный фантаст, многократный лауреат всех возможных фантастических премий; как говаривал Миша Успенский, «двадцать килограммов странника и семь погонных метров меча» [премии «Странник» и «Меч в камне»].
Тут целая серия гневных вопросов: «Каким образом убийство может позволить стать человеком? Почему польза убийства в войне?» Даже Катя пишет: «Вы врач. Как вы можете такое говорить?» А ты врач?
А. Лазарчук― Ну да.
Д. Быков― Ты фельдшер или врач?
А. Лазарчук― Нет, врач.
Д. Быков― А, ты врач. Вот каким образом вы, врач, можете…
А. Лазарчук― На войне, в общем, достаточно часто убивают.
Д. Быков― Так зачем это надо?
А. Лазарчук― Зачем нужна война? Мы уже говорили.
Д. Быков― Я понимаю, что это делает пластичным план бытия.
А. Лазарчук― Да.
Д. Быков― Но почему это нужно было в Украине, ты объясни?
А. Лазарчук― Зачем они это затеяли? Опять же повторю, что план переворота, который был создан давно… Собственно говоря, народная революция, ведущую роль в которой сыграли два предыдущих директора СБУ, один из которых снова сел в это кресло, а другой стал исполняющим обязанности президента, — согласись, это довольно странная народная революция. Им необходимо было затеять именно войну с Россией для того, чтобы эта власть была признана Западом.
Д. Быков― Только для этого?
А. Лазарчук― Только для этого.
Д. Быков― Ох, Андрюха, вот как бессмыслен любой спор на эту тему!
А. Лазарчук― Абсолютно.
Д. Быков― Вопрос от Сергея из Донецка: «Согласны ли вы, что Достоевский — первый русский фашист?»
А. Лазарчук― Хм, хороший вопрос.
Д. Быков― А из Донецка вообще хорошие вопросы.
А. Лазарчук― Тогда не первый всё-таки, но очень такой колоритный. Тогда мы просто должны определиться с понятием «фашизм», взять его, так сказать, в неэмоциональном плане, рассмотреть подробности. Да, можно согласиться с этим.