Он применил наиболее мягкую формулировку, зная, что боги не любят, когда маленькие люди ненавидят друг друга и вредят. Он знал также и то, что ещё до заката могила будет разрыта, Туркаса вытащат падальщики и растерзают на куски.
– Кто-то хочет ещё что-то сказать? ― спросил Харуун, глядя на Малику. Малика не пошевелилась, только рот сжался чуть сильнее.
– Пусть будет так! ― подытожил Харуун и взял лопату на плечо.
Что произошло потом и с чего началось, он не смог бы сказать. Закричал Альвис ― он стоял ближе всего к кромке кустов, сверкнул наконечник вскинутого копья. Вслед за этим на поляну выпрыгнула пухоспинная рысь.
Пухоспинная рысь по праву считалась одной из самых опасных тварей, населяющих лес. Ничего не боящееся животное, она воспринимала людей как пищу и, не раздумывая нападала, невзирая ни на что. Спастись от её когтей и клыков было весьма сложно, а тот, кто попался ей в одиночку, мог и вовсе не рассчитывать на спасение.
Появившаяся у могилы рысь была весьма крупным экземпляром ― или Харуун уже забыл, каковы они бывают. Она доходила бы ему до пояса, если бы приблизилась. Она уверенно стояла на широких толстых лапах и скалилась, показывая клыки и розовый язык.
Малика завизжала ― она единственная была здесь безоружной. Стража в ответ на оскал ощерилась копьями, Лиам натянул лук, ожидая только подходящего момента, но рысь не оставалась на месте, она кружила, выискивая в обороне слабое место. Тупая агрессивная тварь, с которой будет нелегко справиться.
Харуун вместо копья так и сжимал в руках лопату, рукояти не хватало, чтобы держать зверя на расстоянии, как получилось бы с копьем. Малику задвинули в середину, по могиле Туркаса кто-то протоптался, но сейчас это было неважным. Рысь на пробу потрогала лапой копьё, Алексис сделала выпад, рысь отскочила.
– Спокойно, ― проговорил Харуун. ― Как только прыгнет ― всаживайте копья в живот!
Его попытались задвинуть к Малике, но он не дался и продолжил замыкать собой круг, стоя плечом к плечу с Этаном и Сайме. С лопатой.
Рысь шипела, прижимая уши. Очевидно, что ей хотелось есть; ну а жителям города хотелось жить дальше. Рысь сделала выпад лапой, Сайме сунул копьё ей под нос, и она, зарычав, прижала его и попробовала на зуб. Свистнула стрела и вонзилась ей в бок. Рысь взвизгнула, её серая шкура пошла волной. Сайме бросился вперёд, пронзил её копьём, вышло откровенно неудачно, под грудину, не задев сердце. Рысь повалилась набок, и тогда Харуун, который оказался ближе всего, занёс лопату и изо всех сил опустил её острой кромкой на шею чудища. Он был силён, как и другие, ведь он с детства выполнял тяжёлую работу. И сейчас он с первого удара рассёк рыси горло.
Харууна обдало кровью. Рысь забилась в агонии у его ног. Сайме опомнился, сделал шаг в сторону, чтобы было удобнее, и всадил в неё копьё, снова и снова. Движения рыси затихли, замерли жёлтые глаза.
Харуун в оторопи отошёл назад, хотя уже весь перепачкался.
– Уходим, ― приказал он. ― Все начеку! Быстро, быстро!
Первой помчалась Алексис, водя копьём по кустам, за ней, схватив оружие и лопаты, ― все остальные. Харуун оглянулся на рысь, увидел торчащие сосцы и убедился, что у неё есть котята, которые теперь, скорее всего, погибнут. Он отбросил мысль поискать их, забрать и приручить. Они не приручаемы, они ― чудовища, которые появились после того, как боги обрушили небо на землю.
Почти бегом они добрались до телеги, пошвыряли лопаты, Харуун догадался отдать Малике свой кинжал, и они поспешили обратно в город. Стражники, которые шли последними, едва ли не пятились, прикрывая отход. Как Туркас выжил, о боги, как?! Харуун задумался, что Туркас мог что-то и скрыть. Но что? Что же, теперь он унёс свои тайны с собой в могилу!
До города добрались быстрее, чем из города. Свиньи так и поторапливались, почуяв присутствие зверя. Стражники на стенах открыли ворота. Вернувшуюся похоронную процессию встречала небольшая толпа, плотно стоящая по ту сторону ворот, и первой, кого Харуун увидел, была Леа. Она ахнула, бросилась к нему, и только теперь Харуун понял, что, должно быть, весь в крови.
– Король ранен! ― взвизгнула какая-то женщина.
Харуун поднял руку, успокаивая народ.
– Тихо! ― сказал он, повышая голос. ― Это не моя кровь!
– Король убил рысь! ― объявил Этан, кладя руку ему на плечо. ― Разойдись!
– Я не один убивал! ― запротестовал Харуун. ― Будь я один, она бы меня сожрала. Расскажите, как всё было!
– Потом расскажут! ― взволнованно сказала Леа. ― Идём со мной, хоть умоешься! Ну почему ты всё время лезешь на рожон?
Последнее она произнесла, уже вытащив его за руку из толпы и решительно ведя к себе домой, благо было недалеко.