- Немало. – Фуад увлеченно рассматривает анкету Кирилла. – Но вы плохо смотритесь. И из интересов у него только баскетбол и азиатская кухня.
- Да. А я ненавижу и то, и другое. Зато он идеально подходит под заданные параметры. Моя главная задача – произвести впечатление и уехать отсюда вместе, чтобы проснуться счастливой в реальной жизни. Если я ухожу без него, система анализирует промахи, и завтра все начинается заново.
Мы возле рестопаркинга; дедушка с тростью переходит дорогу. Я вынужденно прерываю лекцию:
- Лучше встань справа, иначе тебя собьет велосипедист. Однажды такое уже было, и я чувствовала себя крайне некомфортно.
Фуад скептически улыбается, но следует моему совету. В следующую секунду по левую руку, отчаянно тарабаня в звонок, проносится мужчина на велосипеде. Мы по-ребячески смеемся и переходим на страницу с параметрами моего идеального мужчины.
- Христианин, двадцать пять-тридцать восемь лет, доход от пяти тысяч долларов в месяц, аналитический склад ума, надежный тип привязанности, отрицательный резус-фактор… Это ты писала?
- Нет. Аналитик, который изучил мое досье. Я сначала тоже возмущалась. Я не меркантильная ксенофобка, бред какой-то. А потом подумала, откуда мне знать, что для меня лучше? Мне двадцать шесть, у меня хроническая депрессия, с работой не клеится, а папе нужен тот, кто займется его бизнесом. И желательно не мудак, как те, кого я выбирала по доброй воле. Я с треском провалила все попытки построить любовь в реальной жизни, а сейчас проваливаю тысячную попытку обрести ее в лабораторных условиях. Только вот классическое «мы не подходим друг другу» больше не оправдание.
- Может, проблема во мне? Ты говорила, что я вечно все порчу.
- В тебе нет проблемы, я уточняла. Дело во мне. Они говорят, что я хреново готовлюсь.
- Разве к этому можно подготовиться?
- В наше время по-другому не получается. Я так преисполнилась, что могу составлять прогнозы на NBA, открыть очень успешный ресторан азиатской кухни или создать курс по женско-мужским отношениям. Я выучила наизусть каждое из пособий, предложенных системой. Но все бесполезно. Новый день – новая попытка соединиться с Кириллом на выставке. И так до бесконечности. Я его уже ненавижу.
- Тогда ты застряла во временной петле. Я об этом читал.
- Нет. Я застряла в системе. В бессмысленной погоне за хэппи эндом.
- Тогда выйди из матрицы. – Он говорит твердо, но без морализма, так, будто действительно беспокоится и хочет помочь. - Мы, кстати, в кино хоть раз ходили?
- Нет. Мы обычно только в парке гуляем. Ходим по набережной и трещим без умолку обо всем подряд. Часто ругаем самокатчиков, их тут пруд пруди. Не понимаю, как людям приходит в голову взгромоздиться на эту штуку вдвоем. Кстати, мы с тобой однажды попробовали, и ты нас уронил. Иногда мы сидим у Голицынских прудов, там не так шумно, и ты обычно рассказываешь про отца. Бывает покупаем мороженое и идем в Розарий.
- Хот-доги, мороженое. Мы, похоже, подсели на уличную еду.
Он улыбается ласково, заразительно, предлагает нарушить традицию и выбрать один из местных ресторанов. Я улыбаюсь в ответ и предлагаю «Островок», как если бы мы туда никогда не ходили. Когда подходит официант, Фуад решает меня проверить и просит заказать что-нибудь для него. Я беру себе пасту четыре сыра, а ему — говяжью вырезку с кучей маринованных овощей, потому что это напоминает ему раннее детство, когда он оставался у бабушки. Он одобрительно улыбается, но я-то в курсе, что он доверяет мне без всяких проверок: прежде, чем начать историю, он спрашивает, рассказывал ли мне ее раньше. Я знаю наизусть каждую из его историй, но подыгрываю, потому что мне нравится его слушать. Рассказ про камин я бракую, потому что он невозможно грустный, но в знак глубокого понимания показываю ему собственный детский шрам – такой же, как у него, только на правом локте. Мы пьем лимонад за мое тысячное несостоявшееся свидание с мужчиной мечты. Когда приносят блюда, мы смотрим друг на друга с притворным непониманием, потому я ненавижу соленья, а он ненавидит сыр. Он иронически замечает, как много у нас общего. Я поддерживаю комедию, заявляя о том, что так говорит каждый, кто хочет затащить меня в постель.
Мы подходим к зданию театра музыки и драмы, обмениваясь пошлыми шутками. Я рада, что гуляю не с Кириллом, иначе получила бы от Напарника по самое не могу за перекрытие женской энергии. Фуад достает сигарету и неожиданно переходит на тон откровения.