– Да, конечно есть. Острова. Все чиновники со своими родственниками уже там, в полной безопасности, – четко ответил он.
– Хорошо. Отвезете эту девушку прямо сейчас туда. Тогда я выполню вашу просьбу, – мне было тяжело это говорить. Я не хотел опять терять Свету, но пусть она будет далеко от меня, зато жива.
– Конечно!
Женя радостно вскочил с кресла и расплылся в победной улыбке. Я же схватил его за шиворот и оторвал от земли. Победную улыбку, украшавшую его лицо, сменила гримаса страха. Страха за свою жалкую жизнь.
– Вы дадите мне и ей телефон. Она должна будет каждый день звонить мне, и не дай бог, она скажет, что ей там плохо. Я разнесу все ваше подразделение. Понял!?
Женя лишь быстро покачал головой в ответ, напоминая собачку, которую любят прилепить в салон своего автомобиля, так как при малейшем движении, ее голова начинает весело кивать.
Я опустил его на землю. Он постоял на месте, приходя в себя, и наконец сказал:
– Я вызову вертолет и ее заберут.
Он выбежал в подъезд и начал говорить что-то в рацию, которая в ответ только хрипела.
– Влад, нет. Я никуда не поеду! – ее глаза выдавали желание отправиться туда, где можно нормально жить. Спокойно ходить по улицам, не боясь, что в любой момент жизнь может оборваться. Не голодать. Смотреть телевизор, как и раньше. Отмечать любимые праздники. И наконец, не бояться близости с любимым человеком.
– Ты должна. Так будет лучше, поверь. Заживешь нормальной жизнью, как и хотела, а я остановлю этот дурацкий вирус. А потом приеду тебя навестить, и мы будем долго-долго с тобой разговаривать. Ты задашь мне все вопросы, которые еще не успела задать. За это время напишешь целый список. Я на все отвечу.
Я обрисовывал прекрасную картинку будущего, зная, что этого не будет, крайней мере, со мной.
– Нет, я не поеду!
Послышался звук садящегося на крышу вертолета.
– Не глупи!
Она крепко сцепила объятия у меня на груди. Я спрятал лицо в ее волосы, чтобы не было видно, как одна единственная предательская слеза стекает по щеке. Я переживал боль, как мне казалось, похлеще этой, но нет. Я отрывал кусок от сердца.
– Все готово вы можете подниматься, – отрапортовал Женя и вышел, дабы не мешать нам.
– Нам пора, – прошептал я ей на ухо и незаметно вытер слезу.
Света, не взглянув на меня, медленно прошла в комнату и уже через минуту вышла с книгой в руках.
– Мне нравиться эта книга. Можно я возьму ее с собой?
Я посмотрел на ветхий переплет и прочел название, а еще заметил, что моя фотография так и оставалась между страниц.
– Мастер и Маргарита – сказал я. – Мне тоже нравятся произведения Булгакова. Пошли?
Мы поднимались по темной лестнице, ведущей на крышу, крепко держась за руки.
Лопасти вертолета набирали ход. Работники ФСБ уже сидели внутри железной птицы и ждали Свету.
– Пока, Светик, – я натянул наигранную улыбку и поцеловал ее легким прикосновением в губы. «А точнее прощай», – подумал я тогда.
– Я люблю тебя, – ответила она, не сводя с меня взгляда.
Потом стала медленно отдаляться и приближаться к вертолету.
Вернись! Не уходи! Не бросай меня одного! Прошу, Света! Я так сильно тебя люблю! Вот что вырывалось из моей души. Я словно пытался мысленно, с помощью глаз передать это, но она уходила все дальше.
Когда разум взял верх над чувствами, я оторвал от нее взгляд и прикрыл лицо ладонями. Внезапно пошел дождь, мелкий, моросящий, но упорный, зарядивший всерьез. Света, не дойдя до вертолета двух шагов, подняла лицо и руку к небу и на мгновение остановилась, а потом, как вихрь сорвалась с места. Она бежала в мои раскрытые и готовые ее принять объятия на всех порах.
И вот я почувствовал приятный легкий удар ее тела. Просто не мог больше сдерживаться, поднял ее на руки и принялся расцеловывать с головы до ног.
– Я никуда не полечу, слышишь. Можешь убить меня на месте, я все равно тебя не брошу, – говорила она, все крепче прижимаясь к моей дрожащей груди.
– Девушка, вернитесь, мы уже взлетаем! – кричал в рупор Женя.
– Она никуда не полетит! А наша сделка, стало быть, аннулируется! – крикнул я в ответ и, разогнавшись, на руках со Светой спрыгнул с крыши на землю. Как обычно, своим приземлением попортил и без того потрескавшийся асфальт.
Бежал, как ветер, лавируя каждый поворот, закоулок нашего городка. Мелкие капли холодного осеннего дождя от такой скорости превращались в иголочки, но они не были неприятными, а наоборот, наполняли мое тело необычайной силой. Я мог бежать так вечно, не на секунду не останавливаясь.
Знакомые очертания родного города остались позади. Я бежал по безлюдным улицам заброшенного поселка. Люди явно уходили в спешке, собрав только самые ценные вещи. Местами красный цвет почвы выдавал красноглазых, которые, сбившись в стайку, выискивали в этих местах еду.