Начал отстукивать ритм вслух: «Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре». Синхронизировал с ним движения: шаг на «раз», проверка равновесия на «два», следующий шаг на «три», пауза на «четыре».
Метод сработал. Через тридцать метров я вышел из зоны временных искажений, чувствуя себя как музыкант после сложного пассажа — сосредоточенно и слегка уставшим.
«"Ступенчатая Минутка" пройдена», — записал я. — «Метод: внешняя синхронизация движений, независимая от сенсорной обратной связи».
Дальше коридор расширялся, переходя в небольшой вестибюль перед служебными помещениями. Здесь стояла тишина обычного качества, и я позволил себе короткий отдых.
Сел на скамейку, размышляя о пройденном пути. Пять аномалий за полтора часа движения. Если плотность останется такой же, до сейфа ещё встретится две-три зоны воздействия.
«Начинаю привыкать», — подумал я, и эта мысль показалась одновременно обнадёживающей и тревожной. Человек приспосабливается к чему угодно, даже к миру, где время течёт ступенями, а пространство играет в чехарду.
Встал, поправил лямки импровизированного рюкзака из куртки. Впереди виднелись двойные двери с надписью «Административный сектор». За ними должен был начинаться последний участок пути к сейфу.
Но у самого порога что-то было не так. Пыль на полу лежала странными завитками — не как обычно оседает в неподвижном воздухе, а закрученными спиралями, словно её недавно подбросили и она ещё кружилась.
Бросил гайку через порог. Она пролетела нормально, но приземлилась мягче, чем должна была — словно последние сантиметры падала в воде, а не в воздухе.
«Аномалия номер семь», — записал я. — «"Нулевой Порог". Гравитационное искажение. Кратковременное снижение ускорения свободного падения».
Проверил ещё раз, бросив болт потяжелее. Тот же эффект — в зоне шириной около метра предметы падали медленнее обычного. Опасность была очевидна: при переходе через порог человек терял опору на долю секунды больше, чем ожидал. На узком проходе это могло привести к удару о косяк.
Решение требовало перераспределения центра тяжести. Из подручных материалов изготовил импровизированную трость — металлическую рейку от заземления, к которой примотал изолентой несколько болтов для утяжеления.
Подошёл к порогу, выставил трость вперёд как третью точку опоры. Перенёс вес тела на руки, зажимающие трость. Один длинный шаг через аномальную зону.
Получилось. Лёгкое ощущение невесомости продлилось чуть дольше обычного, но дополнительная опора компенсировала неустойчивость.
«"Нулевой Порог" пройден», — записал я. — «Метод: дополнительная точка опоры, перенос веса на руки во время прохода».
За дверями начинался длинный коридор с офисными помещениями по сторонам. Здесь работала администрация института — бухгалтерия, отдел кадров, планово-экономический отдел. Знакомые таблички на дверях, знакомые стенды с объявлениями.
Только теперь всё это казалось музейными экспонатами. Свидетельствами мира, который внезапно прекратил существование.
В середине коридора воздух начал странно мерцать. Не постоянно — вспышками, как фотографические лампы в старых студиях. Я остановился, прищурился.
Мерцания были нерегулярными, но не хаотичными. Примерно раз в десять секунд вспыхивал яркий свет, потом несколько мелких вспышек, потом снова пауза. И так циклично.
«Аномалия номер восемь. "Светлячная Решётка"», — записал я, доставая блокнот одной рукой и прикрывая глаза другой. — «Фотонные импульсы высокой интенсивности. Риск временного ослепления».
Попробовал пройти с закрытыми глазами — наткнулся на стену через пять метров. Попробовал между вспышками — не успевал далеко продвинуться до следующего цикла.
Нужна была защита для глаз, не полностью блокирующая зрение. Из кармана достал кусок фольги — остался от тепловых экспериментов. Сложил в несколько слоёв, проделал узкую щель шириной в пару миллиметров.
Получился импровизированный козырёк. Одел его как очки, закрепив дужками за уши. Мир сузился до тонкой полоски, но яркие вспышки уже не слепили.
Двигался медленно, держась рукой за стену. На каждой вспышке останавливался, ждал, пока зрение восстановится. Через щель в козырьке видел только узкую полосу пола перед собой, но этого хватало для безопасного движения.
«"Светлячная Решётка" пройдена», — записал я, снимая самодельные очки. — «Метод: ограничение поля зрения фильтром, движение с опорой на тактильную навигацию».
Следующий участок выглядел безопасным — обычный коридор с линолеумным полом и стандартным освещением. Но когда я ступил на решётку вентиляционного канала, она отозвалась странным гулом — не просто звонким ударом, а долгим, нарастающим резонансом.