Сейф находился в кабинете директора, в дальнем конце помещения. Путь к нему пролегал через открытое пространство офиса — столы, компьютеры, стеллажи с документами. Всё выглядело так, словно сотрудники просто ушли на обед и скоро вернутся.
Только на одном из столов стояла открытая бутылка воды, наполовину выпитая. Рядом лежал недоеденный сандвич, покрытый налётом плесени. Следы поспешного, но не панического отъезда.
Я дошёл до середины офиса и остановился. Что-то было не так с освещением. Лампы дневного света работали нормально, но на некоторых поверхностях появлялись странные блики — не отражения от ламп, а какие-то собственные световые пятна.
Достал блокнот, начал записывать. Но тут заметил ещё одну деталь: на стене рядом с сейфом была розетка, а возле неё — тёмный след на обоях, словно от небольшого взрыва или вспышки.
«Осторожно», — напомнил я себе и достал гайку для дистанционной проверки.
Бросил её к розетке. Ничего необычного не произошло — гайка упала нормально, лежала спокойно. Но когда я подошёл ближе и осмотрел розетку под фонариком, увидел следы оплавления пластика вокруг контактов.
На полу валялся обгоревший штекер — видимо, от какого-то зарядного устройства. Кто-то пытался подключить что-то к этой розетке и получил неприятный сюрприз.
«Аномалия номер десять. "Мёртвая Розетка"», — записал я. — «Электрическая ловушка. Вероятно, обратная полярность или перенапряжение при подключении нагрузки».
Проверил тестером из аптечки — у меня был простой индикатор напряжения. Прибор показал наличие напряжения, но мигал как-то нервно, нерегулярно.
«Нестабильные параметры сети», — дополнил записи. — «Высокий риск для электроники».
А мне нужно было подключить к сейфу инфопланшет — по записке, он должен был запитываться от сети для разблокировки. Без питания планшет оставался просто куском пластика.
План созрел за несколько минут. Нужен жертвенный фильтр — устройство, которое примет удар на себя, защитив планшет от перенапряжения. В обслуживающем шкафчике нашёл старый блок питания от какого-то офисного оборудования. Внутри были конденсаторы и резисторы — именно то, что нужно для сглаживания импульсов.
Разобрал блок, извлёк несколько крупных конденсаторов. Соединил их параллельно, получив импровизированный буферный каскад. Добавил резистор как ограничитель тока. Получился простейший сетевой фильтр — не идеальный, но способный погасить короткий импульс перенапряжения.
Сначала подключил к розетке резистивную нагрузку — обычную лампочку из настольного светильника. Лампа вспыхнула ярче обычного, потом погасла. Но не взорвалась — значит, перенапряжение было кратковременным.
Подключил свой самодельный фильтр. Тестер показал стабилизацию напряжения. Теперь можно рискнуть планшетом.
Достал инфопланшет из сейфа — он был заперт только на простой кодовый замок, код ноль-ноль-ноль-ноль работал исправно. Планшет выглядел стандартно — тонкий, лёгкий, с матовым экраном. На корпусе наклейка: «Только для М. А. Калкинова. Экстренная информация».
Подключил планшет через свой фильтр. Устройство включилось, экран загорелся знакомой заставкой института. Фильтр справился с задачей.
«"Мёртвая Розетка" обезврежена», — записал я. — «Метод: буферизация нагрузки самодельным сетевым фильтром».
Планшет запросил пароль. Попробовал стандартные варианты — дату рождения, номер моего пропуска. Не подошло. Потом вспомнил: в записке упоминался код сейфа. Ввёл ноль-ноль-ноль-ноль.
Экран разблокировался.
На рабочем столе была единственная папка: «Для Максима — срочно». Открыл её. Внутри — текстовый файл и несколько видеозаписей.
Начал с текста. Сухой, деловой отчёт, написанный явно в спешке:
«Максим Андреевич, если ты читаешь это, значит, автоматическая разморозка сработала. Прости, что не смогли тебя эвакуировать — аномалия вокруг капсулы оказалась слишком опасной. Двое техников получили травмы при попытке приблизиться.
Краткая сводка событий:
Двадцать первого июня две тысячи сто восьмидесятого года в четырнадцать часов тридцать две минуты произошёл системный сбой Главного Вечного Двигателя. Не отключение — именно сбой. Двигатель продолжает работать и снабжать планету энергией, но его излучение изменилось. По всей Земле начали возникать аномальные зоны с непредсказуемыми физическими свойствами.
Лучшие учёные планеты не смогли найти объяснение. Аномалии растут, становятся всё более непредсказуемыми. Жизнь на Земле становится невозможной.
Всемирное Правительство приняло решение о Глобальном Переселении. К две тысячи сто восемьдесят второму году девяносто восемь процентов населения эвакуированы на Марс. Институт эвакуирован двадцать третьего ноября две тысячи сто восемьдесят первого года.