— Так как же ты встретилась с Крисом?
— Он заглянул на фирму в первый же мой рабочий день. Вот почему наша встреча показалась мне… ну, ты понимаешь. Предопределенной. — Уилла взяла меня за руку. — Прости. Я тогда дошла почти до отчаяния.
— Я помогла бы тебе.
— Я не хотела, чтобы мне помогали.
— Ник ведь помог. Почему его попросить нормально, а меня — нет?
— Потому что ему действительно было нужно то, что я могла для него сделать, — мягко ответила сестра. — А тебе никогда.
— Чушь собачья. — Я уловила в зеркале выражение своего лица и резко отвернулась.
— Никакая не чушь. Это правда, Харпер. Тебе никогда ни от кого ничего не нужно.
С минуту мы не произносили ни слова.
— Уиллард! Ты еще там? А мы уже играем, лапочка! В «Чепуху» на тему брачной ночи! Давай к нам, прогульщица! Твоя сестра с тобой?
— Мы тут, Беверли, — отозвалась я. — Через секунду выходим.
— Ну что, мир? — спросила Уилла.
— Мир, — кивнула я.
— Я не собиралась ничего от тебя скрывать. Просто не была уверена, как лучше это подать.
— Да уж, подать мне такое открытие на ужин… ни разу не прикольно.
— Прости, — покаянно улыбнулась сестра.
— Уилла, ты же знаешь, я желаю тебе только счастья.
— Знаю, — ее улыбка стала шире.
— После того, как ты сообщила свою важную новость, мы так толком и не поговорили. Я всего лишь хочу подчеркнуть, что... что опасаюсь, как бы спешка со свадьбой не вылилась для тебя в очередное разочарование.
— И я ценю твою заботу, — спокойно вставила сестра.
— Когда выходишь замуж за едва знакомого человека, это, как правило, ничем хорошим не заканчивается. А разводиться... разводиться бывает тяжко.
— Я в курсе, Харпер. У меня было вдвое больше разводов, чем у тебя.
— Тогда зачем торопиться?
— А зачем терять время? Я считаю, если любишь кого-то, нужно действовать. — Во взгляде Уиллы появилась твердость. — И в этот раз развода не будет. Я действительно люблю Кристофера.
Я постаралась сделать тон помягче.
— Рауля с Кэлвином ты тоже любила.
— У Криса нет судимостей и он точно не голубой. Я теперь старше и мудрее, ага? Неужели ты не можешь просто порадоваться за нас? Понимаю, тебе трудно поверить во что-то хорошее в этом мире, но я верю. А ты — подружка невесты, так что прекращай супиться и хмуриться, ладно?
— Уилла…
— И кстати, как думаешь, у тебя получится быть поприветливей с Ником?
Я вздохнула.
— Я веду себя с ним вполне цивилизованно. Мы даже договорились позже пропустить по стаканчику.
— О, отлично! Спасибо, Харпер! — хлопнув в ладоши, Уилла спрыгнула с тумбочки и поправила декольте, подтянув грудь повыше — кровь от крови Беверли, как-никак. — Вот увидишь, сестренка, все получится.
И вышла с сияющим и радостным лицом, несмотря на наш разговор.
Интересно, каково это — быть такой неисправимой оптимисткой? Не припомню, чтобы я когда-нибудь испытывала ту же беззаботную уверенность, которую излучала Уилла. Во всяком случае, после пятилетнего возраста.
Я пристально посмотрела в зеркало, почти ожидая узреть смертную маску, вроде той, что третий дух Рождества явил Эбенезеру Скруджу. Но нет, там маячила только моя, по мнению многих, сногсшибательная физиономия. Я показала своему отражению язык. Несколько прядей выбились из-под заколки и теперь не так чтобы несимпатично вились вокруг лица.
Волосы были, пожалуй, лучшей чертой моей внешности, уж точно обращавшей на себя наибольшее внимание. Богатого рыжевато-каштанового оттенка, отливающие медью на солнце, вьющиеся, но не мелким бесом, — одни на миллион волосы прерафаэлитского ангела, которые мне каждый день перед работой приходилось выпрямлять. Я укротила свою гриву, потуже стянула заколку и проверила, чтобы ни один волосок не высвободился.
— Харпер, куколка, ты идешь? — распахнула дверь Беверли. — О, дорогая, вот возьми. Тебе ведь нужен лак? — извлекла она из своей бездонной виниловой сумки промышленных размеров флакон. — Хочешь, чуть-чуть подпушу?
— И так нормально, Бев. В любом случае, спасибо. — И под неумолчную трескотню моей мачехи мы присоединились к остальным.
Вечность спустя ужин наконец-то закончился. Беверли с отцом отправились наверх. Боже, прошу, пусть они там займутся сексом и тем самым избавят меня от выслушивания их семейных проблем. Остальной народ переместился в сторону бара. Ко мне подошел Деннис.
— Слушай, я весь как побитый, — пожаловался он. — Думаю пойти в номер, приложить к спине лед и выпить парочку обезболивающих. Завтра утром по плану верховая прогулка, не хотелось бы ее пропустить.
— Верховая прогулка?
— Так мне сказали.
Мое и без того тяжелое сердце рухнуло еще ниже. Если честно, я немного побаиваюсь лошадей. Они же такие огромные, понимаете?
— Ладно. Тебе ничего не нужно, Ден? Хочешь, поднимусь с тобой, помогу устроиться поудобнее?
— Не-а, сам справлюсь. О, привет, как дела?
Я глянула, к кому он обращается. Супер. К очередной фифе, строящей ему глазки.
— Харп, это Бонни, она здесь официантка.
— Привет, Деннис, — выдохнула девица, чуть не млея.
— Рада знакомству, — закатила я глаза и повернулась обратно к Дену: — Ложись и поправляйся, медвежонок. Я скоро приду.
— Спок ночи, Харп, — осклабился он.
— Ер. Харп-ер. Ты сможешь сказать это. Всего-то два слога.
— Спок ночи, Харпер. — К моему удивлению, Деннис очень мило поцеловал меня, затем подмигнул Бонни и потопал вверх по лестнице. Я развернулась и тут же врезалась в своего бывшего мужа.
ГЛАВА 6
— Может, пропустим по стаканчику прямо сейчас, а, медвежонок? — ухмыльнулся Ник.
Я вдохнула поглубже.
— Запросто, пупсик.
— До сих пор любишь тошнотворные коктейли?
— Подай на меня в суд. Я же выросла на сериале «Секс в большом городе».
— Там есть столики, — кивнул Ник на террасу. — Я мигом.
Я вышла на улицу. Солнце садилось за горы, озеро накрыли длинные синие тени, сделав воду почти черной. Ветер утих, и каменные плиты сохраняли остатки дневного тепла. Выбрав столик — на террасе было практически безлюдно, — я поплотнее укуталась в кашемировую шаль и залюбовалась вершинами.
Здесь было так красиво, так уединенно. Тишина словно обладала осязаемой силой, и я почувствовала, что моя душа немного приоткрылась. Наш Мартас-Винъярд, несомненно, один из живописнейших уголков на земле, но совсем не такой, как этот величественный, безбрежный и суровый край, где природа в любой момент может уничтожить тебя сотней способов. Непонятно почему, эта мысль принесла мне странное облегчение. Здесь ты чувствовал себя лишь частичкой грандиозного замысла, не подвластного человеку. Стать добычей гризли, угодить под лавину, утонуть в ледяной реке — выбор определялся не тобой.
— Заставляет ощутить собственную незначительность, правда? — указал Ник на пейзаж, ставя на стол мой розовый «Космо». — В хорошем смысле.
— Говори за себя, — отозвалась я, слегка раздосадованная тем, что он будто читает мои мысли.
— Значит, ты узнала, что Уилла работает у меня, — потянул пиво Ник.
— Узнала.
— Она просила не говорить тебе.
— А когда б ты мне сказал? Мы с тобой что, чуть не каждую неделю по-дружески болтаем? Не волнуйся, я не злюсь.
— Еще как злишься, — сверкнула молниеносная улыбка.
Я отвела глаза.
— И Джейсон явился, надо же. Не ожидала.
— Угу, я тоже.
— А твой отец с Лилой? Приедут завтра?
Темный взгляд Ника опустился на столешницу.
— Нет. У отца ранняя деменция. Он практически не в себе. — Ник начал загибать уголки своей коктейльной салфетки.
— Ох, Ник. Мне очень жаль это слышать. — Не задумываясь, я потянулась к нему и накрыла ладонью его руку.
— Спасибо. — Он не поднимал глаз.
— А Лила? Не представляю, чтобы она пропустила свадьбу сына.
— Вообще-то, она еще раньше запланировала морской круиз и не захотела его отменять.
Это как нельзя лучше подытоживало мои воспоминания о матери Криса. Я не была знакома с нею лично, но думаю, что немного потеряла.