— Мне не нужно думать, Харпер. Я и так знаю. Но вот ты… — Его голос повысился. — Я готов к отношениям, хочу, чтобы мы были вместе, а ты… уже собрала сумки. Ты уходишь. Снова.
— Ничего подобного, Ник! — рявкнула я. — Мне нужно уладить дела дома, ясно? У меня там жизнь, и… не могу я просто все бросить. Ты в любом случае ездишь по миру, и я не стану слепо повторять прошлые ошибки, чтобы вновь стать несчастной. Я этого не сделаю, Ник.
И вот он опять, этот взгляд. Я опять разочаровала Ника, хотя говорила совершенно разумно.
Снизу с улицы донесся гудок.
— Такси приехало, — сказала я.
— Как быстро, — пробормотал Ник.
— Ну я же не предполагала, что твой ланч продлится четыре часа, — выпалила я. — Понятно?
Дежа вю в который раз. Когда же я выигрывала у Ника хоть дюйм, а? Никогда.
Ник подошел к двери и резко поднял мой чемодан и сумку с ноутбуком. Затем отошел в сторону, пропуская меня и Коко в двери и на лестницу. На улице нас встретили насыщенный запах города, шум и влажность.
— Скоро увидимся, — отрывисто сказала я, повернувшись к Нику. Он кивнул.
Потом, без единого словечка, мы оказались в объятиях друг друга, и я сжимала его так крепко, как только могла, прижималась лицом к его восхитительной шее, а он обнимал меня так, будто никогда не отпустит, будто сейчас скажет что-то такое, от чего все исправится…
Но Ник так ничего и не сказал и на самом деле меня отпустил.
***
Ну и весело же мне пришлось. Весь чтоб-ему-провалиться полет в Бостон мозг снова играл в теледебаты.
«Ты правильно сделала, что уехала»
«С ума спятила? Как это может быть правильным?»
«Умоляю. Только не закатывай тут истерику. Не то чтобы мы с Ником расстались, мы просто...»
«О боже, вернись, о чем ты только думаешь, этот мужчина — любовь всей твоей глупой жизни!»
«Так вот, как я говорила до того, как ты меня бесцеремонно перебила, мы просто обдумываем все как следует. У меня и другие обязательства есть, не забудь»
«Видела, как он на тебя смотрел? Ты снова это сделала. Ты его бросила»
В конце концов я схватила сумку с ноутбуком. Внутри лежал желтый конверт с информацией о моей матери. Вот еще его мне не хватало, верно? Слишком сильно для завершения — больше похоже удар в самое уязвимое место. И что бы я делала в тот день без Ника? («Видишь, идиотка? А мы сможем развернуть этот самолет?») Задвинув подальше отвратительные чувства, что вечно вылезали при воспоминаниях о матери, я открыла ноутбук и взглянула на календарь. Вторник: суд, Шульц против Шульца, судья Келлер. Легкотня… парочка расстанется практически безболезненно. Такие цивилизованные. Ланч с отцом Брюсом. В среду мы с Ким собирались устроить вечеринку. Здорово… смогу поболтать с подругой.
«А что насчет Ника? Когда ты его снова увидишь?»
«Понятия не имею. Позвоню ему завтра. Или даже сегодня вечером. Так что не могла бы ты оставить меня в покое, пожалуйста?»
Мы сели в Бостоне, и я забрала возмущенную Коко из эконом-класса.
— Прости, знаю, ты заслуживаешь лучшего, — сказала я ей, подхватывая ее клетку, свой чемодан, сумку с ноутом и протискиваясь в посадочную секцию Кейп Эр. Коко проигнорировала меня, и кто мог ее винить? — У меня было ненамного лучше, — уверяла я. — Одна небольшая пересадка, и мы опять дома. Потерпи немножко.
Совсем немного времени спустя мы летели над Атлантикой. И казалось,не успели подняться, как самолет уже пошел на посадку в Мартас-Винъярд. При виде острова в моем горле появился комок. Внизу простирались пестрые утесы Гей Хед в коричневых и белых прожилках, низенькие зеленые кусты восковницы и морской сливы смягчали очертания голого берега. Волны разбивались о пляж, чайки летали и роняли ракушки на скалы. Как раз за Аквинной находились Менемша, Датчер Док и мой дом.
Наш самолет буднично приземлился, я вышла и глубоко вдохнула соленый, напоенный сосновым ароматом воздух. Кажется, меня не было год, а не одну неделю. Солнце припекало волосы, а ветер сдувал пряди в глаза. На серой крыше терминала запел пересмешник.
Вот где мое место. Островитянки в четвертом поколении, внучки рыбака.
Я выпустила Коко, пристегнула ей поводок и попыталась протащить багаж через выход. Коко замерла, поскольку не являлась поклонницей автоматических дверей.
— Коко, давай, сладенькая, не строй из себя чихуахуа… О боже.
Вот уж точно, о боже. На самом деле, даже — вот блин!
Потому что там, перед терминалом, стоял пожарный грузовик Мартас-Винъярд, а рядом — восемь пожарных, небольшая толпа зевак и несколько детишек.
И Деннис Патрик Костелло. На одном колене.
ГЛАВА 23
— Деннис, — выдохнула я. — Твою ж...
Ужас ситуации встал передо мной во весь рост. После двух с половиной лет ни к чему не обязывающих отношений, одного отвергнутого брачного предложения и разрыва Деннис был готов выпалить сакраментальный вопрос.
Я ошалело обвела взглядом развернувшуюся сцену. Провалиться мне на месте. Неужели там… о да. Родители Денниса. Чудесные родители, Сара и Джек. Две его сестры, а также их мужья. Всякие-разные детишки, то есть племянники и племянницы Денниса… Его брат — владелец дома, в котором Деннис жил. Мой отец, поприветствовавший меня хмурым кивком. Парни из подразделения «Си» — включая Чака, который меня ненавидел, и начальника пожарной команды Роджерса — все на месте.
— Эй, — ухмыльнулся Деннис. Он что-то держал в руках. На самом деле, даже две вещи. Ээ… кусочек проволоки? И маленькую черную бархатную коробочку. Которую Деннис открыл и извлек кольцо, купленное мной же четыре недели назад.
Проклятье. Распроклятейшее проклятущее проклятье. Плохо. Чума египетская, до чего же плохо.
Коко, увидев своего приятеля, рванулась вперед, и поскольку я находилась в состоянии паралича, поводок выскользнул из вялых пальцев.
— Привет, Коко! Как ты, симпатяга? Соскучилась по мне? — Деннис, все еще стоя на одном колене, дал моему попрыгунчику себя облизать, а потом вручил поводок одной из племянниц.
— Деннис, что ты делаешь? — проквакал кто-то. Ой. Это же я. Деннис только ухмыльнулся.
— Харпер, — начал он.
— Ден… — сказала я. Потом слова улетучились, и остались только странные тихие всхлипы.
— Харпер лишилась дара речи, — произнес знакомый голос. Тео. Мой начальник тоже здесь. — Такое не каждый день увидишь. — Рядом с ним стояла усмехавшаяся Кэрол. И Томми. Вот дерьмо.
— Харп, — с широкой улыбкой начал Деннис. — Это неделя в разлуке преподала мне кое-какие серьезные уроки. Серьезные уроки, чувак.
— Деннис…
— Погоди, дай мне закончить. Эм… — Он смолк, нахмурился, потом припомнил остаток явно отрепетированной речи. — Думаю, я не понимал, какое… сокровище? — Он взглянул на свою мать, та ободряюще кивнула. Чак издал довольно громкий хрюкающий звук. — Какое сокровище я в тебе нашел, но теперь, пока мы были, ну ты понимаешь, вдали друг от друга, я… э… — И снова пауза, потом взгляд на меня. — Что ж, черт, я все это записал, но сейчас не могу вспомнить. Неважно. Харп, думаю, ты потрясающая, я люблю тебя и знаю, что никогда не был лучшим бойфрендом, но я нашел твой список… — О, провались все! Список! Ненавижу себя! Деннис полез в кармашек рубашки, достал сложенный листок бумаги и протянул его мне. — Давай же. Взгляни.
Словно наблюдая за собой со стороны, я развернула лист. Это был мой список. О, проклятье. Деннис проставил «птички» напротив каждого пункта… Избавиться от проржавевшего корыта, именуемого автомобилем, выехать из гаража брата, найти вторую работу. Все до единой вещи, которые я сочла необходимым прояснить.
От стыда я глаз не могла поднять на Денниса. Он ухмылялся от уха до уха и высоко держал кусочек черной проволоки… о, нет. Это была не проволока.
— Держи, крошка, — сказал Ден.
Это был его «крысиный хвостик». Я автоматически взяла гаденькую крошечную косюльку. Чувство нереальности происходящего все росло.
— Видишь? — сказал он. — Чувак, ты добилась всего, чего хотела. — Все засмеялись. Ну, кроме меня, конечно. — Итак, Харпер. Крошка. Ты выйдешь за меня? Сделаешь меня счастливейшим парнем на планете и все такое?
Он и правда выглядел счастливым, его синие глаза сияли. Все казались взволнованными — его мама, папа, брат и сестры, все эти ребятишки, его коллеги, даже Чак, — и все улыбались. Только мой папа был мрачен.