Глава 20
Декабрь. Пахнет ёлками и Новым годом...
Ксю
Город будто выдохнул холодом, всё вокруг покрыто тонким, синеватым инеем, тротуары скрипят под ногами, а воздух пахнет мандаринами и ёлками, которые уже начали продавать на каждом углу.
В школе суета, контрольные, списки дежурств на новогодний вечер, репетиции и громкие разговоры о праздниках.
А я всё чаще ловлю себя на мысли, что жду каникул не ради выходных, не ради подарков и даже не ради зимы.
Я жду его.
Проект стал удобным оправданием. Его сдача запланирована на начало марта.
Мы сидим рядом на уроках, просто чтобы обсудить материал.
Обедаем вместе в столовой, потому что «надо сверить заметки».
Переписываемся вечерами, потому что «работа не ждёт».
Только всё это уже давно не похоже на обычное сотрудничество.
Серов смеётся чаще. Подкалывает мягче.
Иногда даже не говорит ничего, просто смотрит, и в этом взгляде столько всего, что я сама не понимаю, где заканчивается раздражение и начинается что-то совсем другое.
...
- Так, значит, если мы вставим этот кадр сюда, - его рука ложится поверх моей, чтобы указать на нужный кусок видео на экране ноутбука, - получится плавный переход.
Я не двигаюсь.
Ни секунды, ни вздоха, безжалостно расходуя запас оставшегося кислорода в легких, правда, он каким-то образом превращается в углекислый газ.
Просто ощущаю такое приятное тепло его пальцев.
- Ксю? - он поднимает взгляд.
- А?
- Ты зависла.
- Нет, просто… думаю.
- О чём?
- О том, что ты не умеешь нормально объяснять.
Он смеётся, но руку сразу не убирает.
И я делаю вид, что не замечаю.
Мы сидим слишком близко, плечом к плечу, бедром к бедру. За окном густо валит белый снег, стекло покрыто инеем, и всё кажется будто немного размытым, как в снежном шаре, если его хорошенько потрясти.
- Эй, отличница, - тихо, почти шёпотом.
- Что?
- У тебя волосы пахнут… холодом, - я покрываюсь мурашками с головы до ног.
- Это вообще что за запах такой?
- Такой, как у утра перед первым снегом.
Я моргаю, не находя, что ответить.
Глеб снова улыбается, и в глазах у него играют мягкие искры, такие, что в груди всё становится странно лёгким и тесным одновременно.
После уроков мы идём по улице.
Он тащит свой рюкзак на одном плече, другой рукой закидывает мою сумку на второе плечо.
Просто, вроде бы, от холода, но сердце всё равно пропускает удар.
Краем глаза замечаю, что он рассматривает меня, так внимательно, будто видит впервые.
- Расслабься, я не кусаюсь, - выдаю игриво.
- Но постоять за себя могу, - произношу предупреждающе, потому что по его лицу вижу, что хочет выкинуть какую-то гадость.
- А ты, значит, опасная?
- Ещё какая, - бурчу, переводя взгляд на тротуар.
Он хмыкает, и мы идём рядом, почти нога в ногу, смеемся и переодически пихаем друг другу в бок до самого моего дома.
И впервые за долгое время, я не думаю, как это выглядит со стороны.
Мне просто… хорошо.
…
В конце недели нам проходится задержаться после уроков в школе, я даже притащила сюда свой ноутбук, чтобы внести правки.
Когда мы дописываем последние строки сценария для проекта, я решаю спросить то, что давно вертится на языке.
Он листает документ, что-то правит в тексте, а я в который раз ловлю себя на мысли, что смотрю не туда, не на экран, а на его профиль, на то, как напрягается линия челюсти, когда он сосредоточен.
И прежде чем успеваю остановиться, слова сами срываются с языка:
- Глеб… можно вопрос?
- Уже страшно, - усмехается, не поднимая головы.
- Про прошлую школу.
Пальцы замирают на клавиатуре.
Он поднимает взгляд, без тени улыбки.
- Что именно?
- Просто… я слышала кое-что. И я не знаю, верить или нет.
Он какое-то время молчит.
В классе гулко тикают часы, за окном хрустит снег под чьими-то шагами.
И вдруг он откидывается на спинку стула и говорит хрипловато:
- Что, сказали, что я насильник?
Я вздрагиваю. Не от слов, а от того, как спокойно он это произносит.
- Я не… я не знала, как спросить, - щеки заливает краска, я уже сто раз пожалела, что задала этот вопрос. Вот кто меня за язык тянул?
- Да нормально, - он усмехается, но в улыбке нет ни капли смеха. - Все всегда «не знали, как спросить».
Он какое-то время смотрит в окно, потом медленно, будто выбирая слова:
- Это была ложь. Полная.
Та девчонка… просто решила отомстить. Я не ответил на флирт, а ей, видимо, нужно было внимание. Признаю, косяк был в том, что я высмеял её очень жестко. Это, как серпом по я… - он кашляет, - кхм… по самолюбию. После этого она сказала, что я… тронул её.
Отец подключился, всё быстро урегулировали. Без суда, без разбирательств. Проще было перевести меня в другую школу. Да я и сам не хотел там оставаться.