- Опять не выходит. У меня руки, видимо, живут своей жизнью.
- Это не руки, - смеялась я. - Это у тебя концентрация, как у кота на движущийся, красный лучик.
- Ну спасибо, - по-доброму фыркал он. - А ты, тогда тот самый маленький, бесячий лучик, - улыбалась, чувствуя, как щеки вспыхивают даже в темноте.
Эти разговоры стали нашим ритуалом.
Если день заканчивался без звонка, было ощущение, будто что-то пропало, будто книга оборвалась на середине. Я засыпала с телефоном на подушке и будила экран первым делом утром, в надежде увидеть там сообщение от Глеба.
Работа над проектом шла медленно, но почему-то именно в этой «медленности» было счастье.
Мы снимали видео-интервью с одноклассниками, спорили о монтаже, выбирали фоновую музыку.
Я упорно тянула одеяло в сторону «атмосферно и с глубоким смыслом», Глеб - «живее и короче, чтоб не скучно».
Иногда спор доходил до смешного:
- Это же история поколения! Мы должны показать эмоцию, настроение, внутренний мир! – Заводилась я.
- Ксю, это не артхаус. Люди должны понимать, о чём речь, - включал эксперта Глеб.
- Люди поймут. Главное - это прочувствовать.
- Вот ты и чувствуй, а я пока чай заварю.
Он всегда сбегал от слишком серьёзных разговоров, а я, наоборот, пыталась вытянуть из него хоть чуть-чуть настоящего.
И всё же именно в этих спорах между нами росло что-то важное. Доверие, лёгкость, тепло, в котором можно было дышать этой зимой.
Иногда он помогал мне нести рюкзак до дома, иногда просто шёл рядом, не говоря ни слова, иногда мы сидели на скамейке у подъезда, пили какао, купленное по пути, из картонных стаканчиков и обсуждали, что цвет неба зимой голубее, чем летом.
Никогда не чувствовала себя настолько спокойно рядом с кем-то, и именно поэтому то, что случилось позже, ударило сильнее…
…
Зима стала мягче, снег рыхлый, солнце прорывалось сквозь облака всё чаще, и город пах февралём, когда вроде ещё холодно, но внутри уже просыпается весна.
Мы по-прежнему делаем проект вместе - «История поколения».
Название звучит громко, почти пафосно, но для меня оно стало просто поводом проводить вечера с ним, как можно чаще.
Иногда у меня дома, иногда в школьном медиаклассе, где старый компьютер шумит, как самолёт, и от монитора исходит тусклый, ровный свет.
Глеб теперь другой.
Тише. Холоднее.
Не тот, кто вечно шутит и подкалывает.
Первый тревожный звонок прозвучал незаметно, где-то в середине февраля.
Глеб стал реже писать.
Отвечал коротко. Без привычных подколок.
На переменах мог пройти мимо, будто случайно не заметил.
Я не понимала, что происходит, пока в коридоре не услышала разговор.
Две девчонки из параллели:
- … Из-за драки, говорят. Там парень в больницу попал.
- И теперь строит из себя хорошего. Ха.
Слова обожгли сильнее, чем я ожидала. Почему-то сердце уже знало, что речь идет именно о Глебе.
Не потому, что поверила, а потому, что это объясняло многое, внезапную замкнутость, хмурый взгляд, желание держаться на расстоянии.
Вечером Глеб пришёл ко мне, как ни в чём не бывало. Сел за стол, включил ноутбук.
- Нужно смонтировать финал, - сказал спокойно.
Но его взгляд, совсем не тот, как будто за стеклом.
- Ты сегодня странный, - тихо заметила я.
- Может быть.
- Это из-за проекта? Или из-за…
- Просто день. - Он усмехнулся. - Не бери в голову.
Я хотела сказать, что беру, что волнуюсь, что чувствую его даже на расстоянии.
Но слова застряли в горле.
Он сидел рядом, всего в полуметре, но это расстояние казалось километром.
Молчание натягивалось между нами, как тонкая струна, ещё немного… вот-вот лопнет.
Именно в такие минуты я чувствовала, как меня тянет к нему с новой силой.
Глупо, нелогично, но каждое его отстранённое движение только усиливало желание понять, что происходит внутри.
Весь следующий день шёл наперекосяк.
На уроке истории я перепутала даты, на перемене в столовой чуть не уронила чашку с какао.
А вечером, когда Глеб написал:
Серов: «Зайду на полчаса, проверим видео», сердце почему-то сжалось.
Он сидел рядом, как всегда, но между нами, будто пролегла невидимая линия. Я чувствовала её каждой клеткой.
- Ты сегодня очень странный, - тихо произнесла я, глядя в экран.
- Я всегда странный.
- Нет… не такой. - Он усмехнулся, без улыбки в глазах.
- Может, просто день неудачный.
Я кивнула, хотя знала, дело не в дне. Он избегал моего взгляда.
Руки нервно касались флешки, кабеля, клавиатуры, чего угодно, лишь бы не встретиться глазами.