…
Я делал вид, что занят, она - что не обижается.
Но оба знали, дело не в проекте.
Просто страшно было признать, что всё стало слишком личным.
Я видел её в коридоре, в наушниках, с рюкзаком за спиной.
Она смеялась с кем-то из ребят, и я ловил себя на том, что ревную.
К каждому взгляду, к каждому слову, к каждому «привет», не обращённому ко мне.
Однажды она прошла мимо, не заметив.
А я смотрел ей вслед, как идиот, и думал, что заслужил.
Что, может, действительно надо было не лезть в её жизнь.
Не делать всё таким сложным.
Вечером я снова открыл её профиль.
Она выложила фото заката.
Подпись: «Иногда молчание говорит громче, чем слова».
И всё.
Без смайликов. Без контекста.
Я перечитал раз десять, пытаясь понять - это про меня или просто совпадение?
Сегодня снова столкнулся с Ксю в коридоре.
Шла мимо, держа в руках листы с набросками для проекта.
Я хотел поздороваться, но она посмотрела сквозь меня.
Будто мимо.
И мне стало физически больно.
К вечеру не выдержал и написал:
«Готов черновик. Можем доделать вместе».
Пальцы дрожали.
Ненавижу, когда дрожат.
Ночью долго не мог уснуть.
Лежал, слушал, как за окном падает снег.
Мир был спокойный, ровный.
Только внутри всё кричало.
Я не герой.
Не из тех, кто делает правильные поступки.
Скорее наоборот, я из тех, кто сначала рушит, а потом жалеет.
Но Ксю…
С ней всё иначе.
Она смотрит, и я впервые не хочу притворяться.
Не хочу быть тем, кто прячется за шутками.
На следующий день мы столкнулись на лестнице.
Стояла, ждала кого-то, пальцами крутила ключи.
Наши взгляды встретились. Она не отвернулась.
Просто улыбнулась, тихо, будто ничего не было.
И я понял, всё ещё можно исправить.
Если не сдамся. Сейчас.
- Эй, - сказал я. - У нас там видео без концовки осталось.
Уже хотел что-то добавить, но не успел.
Ксю шагнула ко мне.
Чуть ближе, чем позволяла дистанция между одноклассниками.
Замер. От её взгляда, от дыхания, которое чувствовалось слишком близко.
Всё внутри звенело, от страха, желания, невозможности.
Я смотрел на неё, и впервые за долгое время не знал, как правильно.
Ксю вздохнула, качнула головой, отступила на шаг:
- Ладно. Доделаем проект. А всё остальное… потом.
Повернулась, собираясь уйти, и в этот момент её рука случайно коснулась моей.
Секунда, и будто электричество пустили под кожей.
Я даже не дышал. Сердце билось где-то в горле.
«Потом» - отозвалось в голове.
Только кто из нас вообще умеет ждать этого потом?
Когда за ней закрылась дверь класса, я всё ещё стоял посреди лестницы, с гулом в висках и чувством, что только что что-то началось.
Хотя весь мир вокруг уверял, что, наоборот, нужно закончить.
…
Окончательно хакнуть мою нервную систему, Ксю удалось позже, всего одной фразой:
- Просто… не исчезай. Ладно?
Эти слова будто врезались под кожу.
Я стоял, не в силах ответить, и только кивнул в ответ.
А потом долго шёл домой по пустой улице, сквозь снег и огни витрин, пытаясь понять, когда всё стало так больно?
И в какой момент простое «не исчезай» стало звучать как просьба остаться навсегда.
Ловил себя на мысли, что впервые за долгое время чего-то по-настоящему боюсь.
Не драки. Не слухов.
А того, что могу исчезнуть для неё…
Поздно. Я уже исчезаю.
Только не из её жизни, а из собственной…
Глава 26
Март. Финишная прямая.
Ксю
Март пахнет обновлением. Пахнет весной.
Той самой, которую сначала не замечаешь, но чувствуешь кожей, когда воздух уже не хрусткий, а мягкий, когда солнце чуть теплее, чем вчера. Даже звонок на перемену в коридорах чувствуется иначе, где-то за окном капает талая вода, в классах пахнет мелом, маркерами и ожиданием конца зимы.
И всё, будто снова начинает дышать.
Мы с Глебом почти каждый день виделись после уроков.
Проект вышел на финишную прямую, и это стало нашим поводом, самым безопасным оправданием, почему мы снова вдвоём.
Мы сидели в моей комнате, обсуждая последний слайд. Текст никак не ложился, то звучал очень пафосно, то был склеен, словно из двух разных предложений. Глеб сидел так близко, что я перестала понимать, о чём вообще говорю.