Не желая изучать аннотацию, он принялся перелистывать страницы, выискивая какой-нибудь пикантный момент, объясняющий ограничения. И это место нашлось. Ангела пробежался глазами по нескольким строчкам, и лицо его вспыхнуло, словно факел.
– Боже… – не выдержал он, чувствуя, как от каждой фразы по телу пробегают мурашки. – И Рей это читал?
– Да, читал, – ответил Красс сзади, вытирая голову.
От испуга Ангела резко повернулся и заметил на друге лишь темные джинсы. Пальцы сжали книгу, когда он, сам того не замечая, сделал шаг назад.
– Это та самая история, о которой ты говорил? – Сердце подростка учащенно забилось.
– Да. – Рейден выхватил у него книгу. – Я очень пожалел о ее покупке.
– Почему же?
– Потому что она о «нездоровых» отношениях. – Красс грубо запихнул книжку обратно на полку. – Я так и не дочитал ее. Дошел до первой романтической сцены и бросил.
– Так ты отрицательно к этому относишься? – Ангела почувствовал внутренний моральный дискомфорт.
– Это настолько удивительно? – Рейден подошел к шкафу и, казалось, схватил первую попавшуюся футболку.
– Я догадывался.
– А ты? – Футболка на Крассе сидела как влитая, и он заинтересованно, с искрами угрозы опалил друга взглядом.
– Ну, э-э-э… Не знаю. Не хочу об этом говорить.
Ангела чувствовал, что попал в моральный капкан: согласится с отрицательным утверждением друга – изменит себе, скажет что-то против – вызовет подозрения и рискнет разрушить дружбу. Предугадать поступки и реакцию людей с таким складом ума, как у Рейдена, непросто. Проще избежать каверзных вопросов.
К счастью, Красс пожалел друга и не стал докапываться до сути. Он подошел к окну и отдернул плотные шторы, оставив легкий тюль. В комната заметно посветлело.
– И что еще ты не любишь? – осторожно поинтересовался Ангела.
– Детей. Ненавижу. Не переношу.
Эрар отшатнулся от друга. Переубеждать других в делах вкуса неправильно, но он как бы невзначай заметил:
– Дети – самые прекрасные создания.
– Ужасней существ не встречал.
– Но ведь дети – это цветы жизни.
– Дети – это сорняки жизни.
– Вероятно, ты атеист.
– Я был им раньше.
Эрар только открыл рот, чтобы задать вопрос, когда услышал за дверью голос дворецкого:
– Господин Ангела, в гостиной вас ожидает господин Грегор.
13
Ангела коротко постучал в дверь.
– Да-да!
Получив разрешение, парень прошел в гостиную, трепеща от предвкушения. Он заметил Грегора возле камина, мирно попивающего чай. Мужчина перевел взгляд на гостя и со звоном поставил чашечку на блюдце.
– Проходи.
Подросток покорно занял место рядом, исподлобья следя за каждым движением отца друга:
– Как вы?
– Будешь чай? – Грегор указал на чашечку в метре от парня и пиалы со сладостями. – Прости, он слегка остыл.
– Спасибо, я все равно не люблю горячий чай, только холодный.
Но в знак уважения Ангела придвинул к себе блюдце и сделал глоток напитка. Не выдержав, он скривился, чувствуя терпкий привкус, а главное – болезненное ощущение от обожженных губ.
Грегор сложил руки на столе.
– В тот раз мы так и не смогли завершить праздник и вручить тебе благодарность, – расстроенно произнес мужчина, но на лице появилась слабая улыбка. Он потянулся к краю стола. – Это тебе. Ты заслужил.
Ангела не ожидал такого – в руках бизнесмена была та самая золотая грамота за мужество. Эрара переполняла гордость, он уже представлял, как будет показывать ее маме и сестре. Только сейчас к нему пришло осознание того, что он навсегда вошел в историю городка, что о нем еще долго будут говорить жители.
«Интересно, как отреагировали на новость мои обидчики?» – сладкое чувство превосходства переполняло его от одной такой мысли.
– Большое спасибо вам! Я безумно счастлив. Для меня это честь.
– Мы все гордимся тобой.
– Как вы себя чувствуете?
– Хорошо, не переживай. – Грегор заботливо посмотрел на парня. – Но я позвал тебя не только для того, чтобы вручить грамоту. Я хотел поговорить с тобой о Рейдене. Кажется, ты единственный человек, которому он смог открыться. Мы же с Дейнес почти ничего о нем не знаем.
– Он у вас довольно недоверчивый.
– О, да, – усмехнулся мужчина и покачал головой. – А еще излишне прямолинеен, но не в этом дело. В последнее время он ведет себя довольно странно, словно чувствует угрозу со стороны семьи.
Ангела вспомнил разговор с Рикой, но побоялся, что не сможет дать Грегору правдивый ответ о причинах болезни друга. А все потому, что сам не был уверен в предположениях девушки.