Выбрать главу

долго ходит по этой земле. Его час давно пробил, а Карен найдет себе еще кого-нибудь, если

выживет.

- Думаю, они пригодятся тебе в твоем обольщении.

Она радостно улыбается. Просто радостно. В такие мгновения она больше чем когда-либо

похожа на обыкновенную девушку. Эта радость в ее глазах не испорчена ничем, ни

жестокостью, ни злостью. Карен любит подарки.

- У меня и для нее есть подарок.

Карен разворачивает коробку, доставая оттуда небольшой флакон с голубоватой жидкостью. Она

ими брызгает в воздух. Духи заполняют воздух мелкими каплями и оседают на пол.

- Такие слабые и бледные. Она любит арбузы?

Алекс. Он думает о ней сейчас. Эти духи хорошо вместе с запахом женщины, тогда аромат

наиболее полный, не просто набор фруктовых масел и химических соединений.

- Нет, клубнику.

- Шлюха, - быстро отзывается женщина. - Все шлюхи любят клубнику и бананы.

Конечно. Только эти фрукты, даже если у них аллергия. Раф не спорит. Он ждет, когда Карен

вспомнит об его словах.

- Что за подарок?

- Фотоаппарат. Она рассказывала, что была фотографом.

Карен вновь фыркает, поднимаясь, оглядывает номер и вновь поворачивается к нему.

- Я же говорила. Клубника, съемки. Он любит таких.

Он не станет переубеждать ее и возражать. Ей виднее, как говорится. Она может притворяться

дурой, испытывать и провоцировать. Не стоит нарываться.

- Пойдешь дарить?

- Да, - откликается он, растянув губы в очередной холодной улыбке. - Джейк наверняка будет

в восторге. Ставлю сотню, что он ничего не знает о ее прошлой жизни.

Карен хохочет, теперь зло. Она подливает ему виски и чокается стаканами.

- Мне кажется, что они сбросят их здесь, а сами полетят в Кентукки. Чертов Форд-Никс не

дает им покоя.

Да, не дает. Люди не изменились. Придумали легальную причину для своих появлений на

материке. Карен предусмотрела и это. Главная сокровищница страны - пуста и кишит другими

тварями.

- Ты сказала им, что нужно сохранить жизнь пилоту?

Они убивают уже третью группу. Выпивают всех дочиста.

- Надо, - соглашается с ним Карен, но взгляд ее затуманивается. - Только что толку, если

Дерек не хочет уходить отсюда?

Ничего. Скоро ничто не помешает ей вернуться обратно в цивилизацию. Но лучше бы она

осталась гнить здесь. Навсегда.

- Они ведь порываются вернуться обратно и рассказать обо всем остальным.

Да. Двое обращенных Карен летчиков попытались вернуться обратно. Хитрость этих людей видна

невооруженным взглядом.

- Ты так привязана к нему?

Вояки уверены, что с новыми возможностями они сильнее и умнее всех прочих. Зря. Они с

первого дня находятся под неусыпным контролем этой женщины. Не понимают, что такое “слов

крови”. Все мчатся к самолетам и вертолетам. Так и падают возле них зловонной массой.

- Что мешает покинуть материк самостоятельно и навещать его время от времени?

- Тебе бы очень этого хотелось, правда?

Он жмет плечами. Ему не все равно, но ей об этом знать не обязательно.

- Здесь я свободнее, чем там.

Ему очень жаль, что он не может улететь или уплыть отсюда. Теперь даже больше, чем прежде.

Аарен и Йента наверняка пожелали побывать здесь. Особенно, после того, как Раф сообщил им,

кого он встретил на больной земле.

- Иди. Только для начала. Ты заслужил благодарность.

Раф с равнодушием наблюдает за девушкой, что взмахнув темной массой волос перебрасывает их

за спину и опускается перед ним на колени.

- Я похожа на нее?

Карен делает трогательный взгляд. Раф кивает, улыбаясь так нежно насколько это вообще

возможно в данной ситуации. Он проводит по ее волосам, убирая их за ухо.

- В этой позе особенно.

Губы Карен смыкаются на нем, перед этим скривишись в усмешке. Ее взгляд так и говорит: “я

же говорила”. Раф притягивает ее к себе поближе, только бы не видеть этих светлых глаз.

Портит все удовольствие.

 Глава 34

Готово!

Я еще раз взболтала пустой балончик с краской, пошумев спрятанным в нем шариком. С меня не

ахти какой художник и до уличных мастеров мне еще идти и идти, но результатом я все же

довольна.

Моряк Попай[1] с огромными золотыми часами в ногах. Подбоченившись, он с недовольным видом

смотрит на разбившееся стекло циферблата главные стрелки которого остановились на

двенадцати часах, рядом с его ногой валяется выпавшая секундная стрелка, указывая на