мучающая его жажда. Ему кажется сломали ребро и оно давило на что-то. Ему надо откинуться
назад, авось выпрямится, встанет на место. Второго такого удара Джейк точно не выдержит.
- Ты вымотал его и теперь дело осталось за малым, - он убрал руку от его лица и похлопал
по щекам. - Выруби его!
Он посмотрел на свой платок с изрядной долей сожаления, поэтому чуть погодя вытер руку о
его штанину. Правильно! Лучше, чище они уже не станут!
- Пить…
- Да, сейчас. Последний раунд и будет тебе холодное пиво!
- Нет, просто воды!
Он еще раз улыбнулся, дернул его за плечо к себе, тут же отступая. Он надеялся, что Джейк
тут же поднимется и пойдет на ринг, но Джейк остался. Ему нужно еще пару минут, чтобы
остыть. Барни как-то неуверенно улыбается, сверкая двумя золотыми коронками и огромной
щелью между зубами, отдергивает руку от его плеча, услышав звуки гонга. Воды он ему так и
не принес.
- Ладно, покончим с этим.
Джейк поднялся, сквозь боль потянулся назад, утираясь тряпкой, откинул ее в сторону,
откинул волосы от лица и улыбнулся, как можно более беспечно. Нельзя показывать
противнику, что ты слаб и то что тебе плохо.
Удар. Промах. Он отклоняется, еще один противник Малыш и его Стальной кулак стараются
достать его загнать. Он думает что тот загонял его. Барни уверен в обратном. Боль не дает
ему забыться потерять связь с реальностью, каждое движение напоминает ему зачем он здесь.
Он видит в толпе знакомое лицо.
Карен.
Золотые, такие яркие локоны, алые губы, белоснежная улыбка и такой звонкий и в тоже время
мягкий смех, каким обычно смеются женщины в ответ шутку не нравящегося им мужчины или
когда хотят пожурить кого-то. Она совсем чужая здесь, как бриллиант упавший в разбитые,
потускневшие от времени черепки.
Он видит ее и слышит смех, хотя не должен бы, только не сквозь этот ор.
Никто не обращает на нее внимание, хотя стоило бы. Она прижимается к чьему-то плечу,
облаченному в черный пиджак в яркую белую полоску, смеялась, выпячивает губы, как она это
часто делала, крутясь перед зеркалом в комнате матери. Она смотрит на него, изредка да
бросает взгляды в его сторону.
Ему это внимание стоило удара в челюсть и потери равновесия. Он упал, опираясь на локоть,
тут же поднимаясь, нет вскакивая, и нанес Малышу удар под дых. Тот не успел отскочить в
сторону, его не согнуло пополам от первого удара, но это и неважно.
Несколько ударов в живот и поочередно в грудь. Живот у Малыша как будто из стали, только
очень мокрый и даже холодный. Под конец он становится мягким и колышется под его кулаками
большим и волосатым куском сала. Джейк делает завершающий удар снизу, в челюсть, так что
на весь подвал разносится, как плотный, приземистый итальянец клацает зубами.
Но Малыш стоит и челюсть его волнует его меньше всего. Он как будто удивлен его глаза и
без того выделяющиеся на смуглом лице яркими белками выпучиваются, а он все открывает и
закрывает рот, дергая при этом грудью. Он хочет сделать глоток воздуха, как та рыба, что
хочет вернуться обратно в воду, стоит рыбаку выбросить ее на берег.
Он все же падает на пол, так что подпрыгивает какой-то мелкий сор. Его лицо стало совсем
синим, но именно это падение и спасло его. Он все же сделал вдох, такой громкий, что
Джейк услышал его сквозь крики и как не странно сам с облегчением выдохнул.
Потом же уши заложило от криков, к нему ринулся Барни, хватая его за руки, пытался
дотянуться до лица, крича что-то при этом. Остальные зрители, окружили, затрясли залогами.
Джейк искал глазами Карен, выискивал глазами в щелки среди мелькавших перед ним голов и не
находил. Вновь.
Джейк отклонился, взглянув на Алекс со стороны. Картинка продолжала быть кошмарной. Кровь
остановилась, но в ней было все: ее лицо, ее волосы, подбородок, шея, его руки, подушка
дивана, вещи.
- Черт! - он еще раз сжал ее переносицу, стараясь вылепить заново нос.
Девушка тихо застонала, попыталась отмахнуться от него. Она еще не открыла глаза. Ему бы
очень хотелось, чтобы она еще какое-то время пробыла без сознания, чтобы он мог привести
ее в порядок. Но что есть, то есть.
Он не сможет скрыть синяк, что уж начал расползаться у нее под глазами, наливаясь
фиолетово-бордовым.
Алекс закусила губу. Джейк замер, глядя на то как белоснежные резцы с силой врезаются в
алую кожу. Момент, если не отвлекаться на все остальное, странным образом заворожил его.