проснувшегося человека.
- Да? Наверное.
Слова Джейка, что Раф из компании каннибалов пока никак не подтвердились. Чем больше я
думаю об этом и чем больше проходит дней, тем больше сомневаюсь в его словах. И я очень
хочу, чтобы они и остались ими, только подозрениями и ничем больше. Логичнее было бы
напасть на нас ночью или когда мы друг от друга по отдельности. Этого не произошло, что
безусловно радует.
- Есть какой-то особенный повод для радости?
Я вытаскиваю свою добычу, под одобрительное хмыканье Джейка. Кажется, что я с облегчением
выдыхаю, потому что после таких вот одобрительных взглядов и хмыканий мы обычно не
ссоримся.
- Сегодня будет лазанья?
- Это было бы неплохо.
Я задумываюсь, чем можно заменить духовку и вино. У нас ведь нет вина, а для соуса нужно
именно оно, а еще чеснок, и перец.
- Жаль конечно, что нет вина.
Я выставляю на стол последние вещи. Влажные салфетки и гель занимают места с края стола, а
я бросаю на него укоризненный взгляд. Джейк недолго подпирает собой мойку. Он кивает
куда-то в сторону.
- У меня тоже есть кое-что, тебе должно понравиться.
- Должно?
- Да, сюрприз состоит из двух частей.
Так, теперь это сюрприз. Как я отношусь к подобного рода вещам? Наверное, все-таки хорошо.
В последнее время приятностями меня никто не баловал.
- Первая часть ждет тебя в ванной, а вторая на крыше.
Что может ждать меня на крыше? Вертолет или воздушный шар, чтобы я могла улететь отсюда?
Было бы неплохо.Пожалуй стоит начать с ванной, тогда станет понятно к чему готовиться.
- У тебя получилось меня заинтересовать, - говорю я ему в ответ на его улыбающийся взгляд.
Джейк ничего не отвечает, только идет следом за мной, когда я открываю дверь в подернутое
сумраком помещение. Он берет мою руку в свою, прислоняя пальцы к выключателю. Вспыхивает
свет. Мягкий, совсем не яркий, мерцающий. Свет!
Я уже отвыкла от электричества. Это похоже на чудо. Свет то вспыхивает, то гаснет. Я не
верю в происходящее.
Ванная комната за многие месяцы нахождения в тени требует влажной уборки и чистящих
средств. Некоторые горизонтальные поверхности, в частности полки, бачок, кое-что из
украшени в пыль, в грязных разводах и масляных следах от пальцев.
- Свет?
Я оборачиваюсь к Джейку, который стоит позади меня. Электричество это очень круто! Он
стоит позади меня, скрестив руки на груди. Мужчина кивает вперед, указывая на что-то.
- Надо заглянуть за шторку.
Хорошо. Я так и делаю. За шторкой, в самой глубине каменной ванны меня ждет огромный
черный пакет с узнаваемым брендом-логотипом “NYX”. Мне не приходится открывать его. Он
полон до краев: всевозможные бутыльки с водами, лосьонами, тониками, кремами, огромной
пачкой гигиенических салфеток и еще чего-то, на самом дне. Мне не видно. Надо разбирать.
Мной овладевает радостное предвкушение, смешанное с еще не наступившим удовольствием.
- Не вспомнил, что было у тебя на полках, - говорит Джейк, - но постарался найти
гипоаллергенное, с минимумом отдушек или с совсем ненавязчивыми запахами.
Я хочу возразить, что в отсутствие воды нужно наоборот брать нечто “термоядерное”, но не
делаю этого. Он ведь старался и это будет выглядеть, как придирки. Это не нужно. Ему ведь
правда удалось удивить меня. Сюрприз уже удался, но ведь есть еще и вторая часть, она на
крыше.
- Мне нравится, как пахнешь именно ты, а все остальное только раздражает.
Его руки оказываются у меня на поясе. Он прижимает меня к себе, положив подбородок на
плечо.
- Извини меня, - говорит Джейк тихо, согрев коротким вздохом кожу щеки. - Я знаю, что со
мной бывает нелегко.
Его губы так легко касаются моей щеки, что я чуть ли не роняю вынутый из пакета шампунь.
Бутылка отправляется на раковину, я прижимая его руки к себе, еще крепче еще теснее. Он
сказал что сюрприз состоит из двух частей, но как по мне есть еще и третья часть и она
такая нежная.
- Пойдешь смотреть вторую часть?
Я поспешно киваю, поворачиваюсь к нему и, приподнявшись на цыпочки, целую. Я знаю, что он
всегда заботился о тех кто жил здесь, об этом доме, но этот знак внимания только для меня
и плевать на то, что было раньше. Я целую его очень легко и нежно.
- Это так мило, - шепчу я ему в губы.
Его слова трогают меня. У нас всех бывают плохие дни. Пусть лучше они, чем депрессия или
безумие. Вот так я рассуждаю. Потом, когда посмотрю что там крыше спрошу, чем он занимался