достать из его джинс... сигареты, заново. Джейк отклоняется, забирая у меня сигарету,
делает затяжку, возвращая мне ее. Ему еще смешно.
- Прекрати смеяться и смотреть этим чертовым взглядом! - требую я с деланным
раздражением.
Он что-то такое делает со мной! Джейк смеется, прижимая меня к себе, не выпуская, не
позволяя высвободиться.
- О! Алекс! Ты теперь замечаешь мои взгляды? Что было с тобой раньше?
Я не знаю, что было раньше, но сейчас я вижу его улыбку и слышу голос, совсем другой. Не
злой. И да, я вновь хочу его.
- Это ведь тебе придется мять мне ноги и терпеть все мои капризы.
Его смех заливает кухню, а я понимаю, что теперь ситуация, паника точно отпустила меня. Я
приподнимаюсь и целую его раскрытую шею, туда где бьется жилка его сердца.
- Скажи, что ты сможешь найти клубнику?
- Клубнику?
- Да, Джейк! Я ее обожаю. Подумай над этим!
Я тушу сигарету и, подобрав со стола кружку с чаем, делаю глоток ароматной воды. Мужчина
подхватывает меня под коленками, поднимая в воздух. Я ойкаю, но ничего не говорю. Теперь
уже знаю, что он меня не уронит.
- Договорились! Теперь мы можем вернуться к тому на чем остановились?
Глава 22
День выдался тяжелым. Я решила вместо очередной экскурсии на озеро отправиться домой и
полежать немного, в идеале поспать и все в обнимку с вентилятором. Хотелось припустить
бегом, но внезапно напавшая на меня слабость говорила мне, что любое резкое движение будет
чревато, я просто-напросто свалюсь в обморок, в самую грязь еще не высохшей после дождя
земли.
- Алекс! Алекс! Алекс!
Я улыбнулась ребятне, что играла в новенькой, в свежесобранной песочнице невероятных
размеров. Доски привезли с яхтенной верфи. Владелец вроде как сжалился и разрешил взять
брак.
Песочница из дерева для яхт! Каково?
- Иди к нам, Алекс!
Все они как один скандировали мое имя и только один Джикони сначала запнулся, закривав по
привычке мисс Дарресон, но потом спохватился и продолжил кричать мое имя.
- Алекс! Алекс!
Не хочу, чтобы меня звали по фамилии. Не хочу, чтобы хоть что-то напоминало мне о прошлой
жизни. Я помню кто чаще всех звал меня по фамилии и этого человека больше нет в живых.
Джикони взрослый, он старше всех прочих ребят, что улыбаются и тянут ко мне свои руки с
зажатыми в них формочками для песка. Но ему тоже интересны забавы малышни. У него не было
детства. Как и у всех остальных, таких счастливых и смешных теперь, совсем не таких, не
взрослых заключенных в маленькие тела, что я встретила в свой первый день.
- У нас получается! Получается.
Дети расступаются, демонстрируя небольшой замок, самый красивый из всех что я видела. У
них все получается, но быть детьми лучше всех.
- Это лучшее, что я видела, -повторяю я только что пришедшие на ум мысли. - Такие
молодцы.
Каждый вечер мы играем в огромной куче песка возле дома. С каждым днем она все больше
редела, уносимая строителями на постройку тех или иных помещений. Вокруг была сплошная
стройка, приют на окраине понемногу превращался в небольшую деревню.
- Это наш приют! Наша деревня! Пойдем! - они тянули меня за руки в сторону деревянного
квадрата заполненного песком.
Занятия - это хорошо. Полезные навыки - отлично. Фантазия - это бесценно. Именно она
позволит им идти вперед, мечтать и желать чего-то большего, открывать новое и достигать
собственных целей. Возможно, не таких больших, менее перспективных, чем у тех кто жил за
Атлантикой, но все-таки. В конце концов, это воспоминания о детстве.
- Вот здесь будет новая кухня, вот она! Алекс смотри!
Воистину игра в песке не вызовет такого моря восторга у американских детишек, как у этих
ребят, которым досталось всего-то по одной яркой пластиковой звездочке, ракушке,
черепашке, кораблику и всему тому что было в сетке прихваченной мной в одно из детских
магазинов в Нью-Йорке.
- Дэйо, ты молодец, узор вышел просто замечательный, - я глажу по голове, скованной тугими
косичками. - Я скоро вернусь.
Знала бы, что простые совсем не замысловатые игрушки вызывают такой восторг скупила бы
все, знала бы что здесь так мало такого простого, элементарного, привычного привезла бы
это с собой, чтобы порадовать, увидеть восторг. Это вам не гейм-бой, который не так крут,
потому что видели лучше.
- Мне нужно отдохнуть.
Я обычно легко переносившая высокие температуры последние несколько дней чувствовала себя
плохо. Пот лил как из ведра, иногда перед глазами плыло, в теле ощущалась слабость. Мне
хотелось в прохладу, мне хотелось плавать в прозрачных водах священного озера. Мне просто
хотелось в прохладный бассейн.
За последнее мне всегда становилось стыдно. Эти дети не знают что такое бассейн, а
некоторые только сейчас узнали вкус чистой воды, а я просто избалованное дитя западной
культуры.
Я списывала все на повышенную влажность. Угораздило примчаться в Кению в самый жаркое
время года, после того как землю пропитали длинные дожди. Земля возвращала влагу небу,
сохла под лучами солнца.
Я не нашла в себе сил, раздеться, просто повалилась на кровать, дернув на себя шнур
вентилятора. Последний повернул ко мне свою “голову” принявшись скользить по влажной
одежде теплыми струями воздуха.
В висках стучало, но с каждой минутой все тише и тише.
Носилки и темная поверхность пакета. Это не Тео. Он там, он ушел куда-то дальше.
Разгневанное лицо Мелани. В моих воспоминаниях она кричит беззвучно, но я вижу боль в ее
глазах. Просто боль. Она не знает куда деть ее и поэтому кричит, хочет найти того с кого
можно спросить за все.
- Что с тобой?
Соседка по комнате ввалилась в комнату, ворвавшись в сознание сейчас таким не приятно-
звонким голосом. Обычно он мне нравился, кажется, что он в полной мере отражал характер
девушки. Сейчас он заставил проснуться, вывалиться из дремы.
- Я сплю.
Кровать затряслась под ее весом. Бедра коснулось ее тепло и я с раздражением отодвинулась.
Прохладные пальцы легли мне на лоб, отвели приставшие к нему волосинки. Это прикосновение
было приятным.
- Это все из-за влажности.
Не надо было ездить к масаи на их праздник. Это все из-за них. Об этом она сейчас скажет.
Она уже несколько раз обвинила меня в сумасбродстве.
- Я тебе говорила ничего ни есть и не пить в той деревне. Это все из-за той…
Как я и думала!
- Это была вода, - я поворачиваюсь на спину, глядя на бревенчатый потолок.
Я вновь поворачиваюсь на бок. Там ничего интересного и кажется, что воздух колеблется от
настигающей жары. Почему мы так далеко от моря? Потому что там бандиты!
- Это не отравление, Лана. Просто мне душно и жарко.
- Это может быть что-нибудь похуже отравления. Я позову Коляна, пусть посмотрит тебя.
Колян или Николай приехал вместе с Ланой. Он врач, который сперва хотел просто забыть о
профессии и поработать разнорабочим. Не вспоминать все то отчего опускались руки на Родине
- недостаток финансирования, устаревшее оборудование, бумажная волокита, минимальные
зарплаты. Все изменилось в первый же день стоило ему только оказаться здесь.
- Делай, что хочешь, - откликнулась я, с наслаждением ловя струи воздуха кожей лица.
Я вновь проваливалась в дрему. Это не отравление. Это не страшно. Это просто давление.
Организм не привык к такому большому количеству свежего воздуха и влаги, что ворвались в
легкие, пытались наполнить организм здоровьем. Другое дело почему сейчас, а не в первый