Мысль о пауках быстро пропадает. Я успокоена тем, что рядом есть тот кто сможет спасти
меня от этих тварей.
“Алекс, он может быть тварью похуже!”
Может. И выманил он меня к себе просто идеальным способом! Я Джейку ведь так и не сказала
куда иду и он, если и хватится меня, просто не будет знать, где искать.
“Дура!”
Может быть. Но если бы Раф хотел, то мог бы и раньше укокошить меня. Я иду, то и дело
оглядываясь. Плохая идея! Плохая идея отправиться сюда, никого не предупредив! Я так и
жду, что в следующую секунду на меня кинутся из ближайших кустов
“Отличное слово!”
- Могу я надеяться, что это радость от предстоящей встречи?
Наконец, я выхожу к небольшому высохшему фонтанчику пространство вокруг которого более-
менее расчищено, освобождено от хлама и грязи. Раф стоит возле него, раскатывая по его
поверхности лимон, поднимает на мое приближение лицо и блестит в мою сторону глазами.
Узнаю эту сдержанную улыбку.
- Можешь. Кто я такая, чтобы лишать тебя надежды?
Это и в самом деле он. Улыбается. Я же не знаю, как реагировать на его появление. Удар в
живот - это будет очень больно или все же расскажет ему о моих радостных чувствах?!
- Долго же ты до меня добиралась.
- Сомневаюсь, что ты все это время скучал.
Никуда он не уехал, просто переселился черт знает куда. Он сбежал!..
- А если и так?
В ответ на эти слова мое сердце тихо ёкает, но все быстро пропадает. Чувство обиды во мне
сильнее, чем отклик на его сомнительные признания.
- Было бы проще, если бы ты оставил записку, - замечаю я, замерев в нескольких шагах от
него. - Могли бы увидеться раньше.
Выражение улыбки пропадает с его лица. Он оглядывает меня очень и очень серьезно. Пожалуй,
это даже лучше чем улыбка.
- Значит не скучала?
Сознание подвело меня только на секунду. Я сделала к нему шаг и влепила звонкую пощечину,
а потом только обняла, крепко обхватив за пояс и прижавшись к его груди.
- Нет.
Мы остались в том мире, где у нас нет ни друзей, ни родственников, ни близких людей,
наверное, это необходимо, чтобы по тебе скучали и ждали.
Алекс смотрит на него сначала настороженно, затем с немым вопросом и затем только
обиженно.
- Значит не скучала?
Щеку обожгло звонкой болью, но Раф, что уже второй раз поймал пощечину не успел ни
возмутиться, не отреагировать, не взбеситься.
- Нет.
Его сытым трудно вывести из себя, но удары и побои - это как раз то, что доктор прописал,
если хочешь добиться именно такого состояния.
- Я не скучала, - говорит она едва слышно. - Теперь никто не играет со мной в шахматы и не
учит мастерить всякие штуковины.
Конечно-конечно, все дело лишь в шахматах. Хочется добавить, произнести вслух, что теперь
ее только трахают, но это не его дело. Совсем. Ему приятно и это знание.
- А что Джейк?
Его вопрос отдает желчными нотками. Раф выругался про себя. Что на него нашло? Только что
думал о том, что ему должно быть все равно!
- Ты и по нему соскучился? Не знала!
Он не дает ей продолжить, притягивает ее к себе еще ближе, поглаживая по растрепавшимся
волосам, обнимая так крепко, что девушка протестующе шипит.
- Ты меня задушишь!
Она изменилась за прошедшее время, перестала выглядеть, как груша для битья и стала
женщиной с вполне себе нормальной внешностью.
“Она красивая, Раф, - говорит он себе. - Прекрати называть это “нормальностью.”
Раф никак не может вспомнить, где же видел ее прежде. Кажется, он пытается убедить себя в
этом. Если бы так было на самом деле он бы ее запомнил. Навсегда.
- Чем ты занималась раньше?
Алекс отнимает лицо от его груди. Вопрос более чем неожиданный.
- Преподавала в школе. Это имеет значение?
Значит, она учительница. Они не могли видеться раннее. Он и дети до некоторых пор были
несовместимыми друг с другом явлениями.
- Нет, - он покачивает головой из стороны в сторону, с осторожностью отводя от ее лица
сбившиеся на лоб волосы. - Просто думал, а не могли ли мы встречаться с тобою раньше?
- Вряд ли, - тянет девушка, окончательно отойдя, отступая от него. - Я бы тебя запомнила,
навсегда.
Он только хмыкает в ответ, обнимая ее напоследок, вдыхая ее запах. Алекс для него
запретный плод. Она принадлежит другому мужчине и едва различимые нотки мужского парфюма
говорят ему, что все именно так и ничего в сущности в ее отношениях с Джейком не
изменилось. Ладно бы это был смертный, тогда бы он мог надеяться на то, что все когда-
нибудь закончится, но он видел, как Алекс смотрит на вампира. Это надолго, если не
навечно.
- Почему ты ушел?
Она не замечает, что он подходит к ней слишком близко. Ее не смущает сократившаяся
дистанция между ними.
- Почему ты пришла?
- Чувствуется, что в твоем роду были евреи.
Замечает она спустя мгновение, недовольно, покривив при этом губами.
- Отвечаешь вопросом на вопрос.
Раф жмет плечами, подхватывая ее за руку и ведет в глубь оранжереи, где уже несколько дней
их дожидаются расчищенные лавочки. Знала бы она в какие времена он родился не стала бы
делать таких замечаний.
- Может, спросишь почему я вернулся? На мой взгляд причины моего ухода более, чем
очевидны.
Он смотрит на оголенный участок ее шеи, где красуется небольшой, но все-таки свежий засос.
Алекс вспыхивает, вырывает свою руку и подтягивает ворот куртки повыше.
- Хорошо, почему ты вернулся?
Красное пятно как раз на том месте, где пульсирует жилка с кровью.
“Джейк-Джейк! Надо быть осторожнее, если не хочешь сделать ее вампиром.”
Раф не хочет, чтобы она была такой.
- Только не говори мне, что твоя любовь так сильна, что сердце не перенесло разлуки и ты
ринулся ко мне.
Раф смеется, однако, ощущает некий привкус горечи. Она не верит в романтику или в то, что
он может быть таким? Он в отличие от некоторых под юбку ей не лез.
- Это нечестно, Александра.
Он еще смотрит на то место, где у нее только что красовался засос. У него и самого часто
возникало желание прижаться к ее шее и вдохнуть ее запах именно на этом участке тела.
Джейк словно подслушал его мысли и украл этот поцелуй.
- У меня не было и шанса.
Алекс ничего не отвечает, не собираясь убеждать его в чем бы то ни было. Она ждет, когда
он объяснится. Это ведь не мыльные опера, чтобы выяснять отношения?
- Почему ты вернулся? - повторяет она вопрос на который пока так и не получила ответа. - И
почему ты ушел? И что это за шарады с лимонами? Почему нельзя было оставить записку?
Как много вопросов.
- Что тебе сказал Джейк?
Она жмет плечами и тут же качает головой.
- Я имею ввиду до этого. Только не вздумай вновь качать головой, я ведь видел, что ты
сторонишься меня.
Алекс только из-за одной лишь вредности повторяет жест, напоминая себе игрушку собачку,
какими были полны автомобили нью-йоркских таксистов.
- А как бы ты стал вести себя на моем месте?
Это не трудно представить. Что сделал бы он, если бы на пороге их дома вдруг оказалась
Алекс и попросила о помощи? Если бы ее встретил Раф, то он обязательно развернул ее
обратно. Скорее всего, он ее напугал бы так, чтобы она летела дальше чем видела.
- Как ты в первый день нашего знакомства.
Понятно, что Джейк попытался настроить ее против него, но видит Бог Раф не просто
старался, а на самом деле стал испытывать симпатии к этой женщине. Он даже знает когда это
началось: совсем не тогда, когда разыграла спектакль или сверкнула голыми ногами, задницей