Один ленивый мальчик

Когда в огне разбрасывает она пламя и дарует из себя росу.

Я пришел и дал тебе разбить западную страну, Кефтиу и Кипр в ужасе;

Я дал им увидеть твоё величество, как юного быка,

Твердого сердцем, рогатого и непреоборимого.

Я пришел и дал тебе разбить живущих среди болот.

Земли Митанни дрожат от страха перед тобой;

Я дал им увидеть твоё величество, как крокодила,

Владыку страха в воде, к которому нельзя приблизиться.

Я пришел и дал тебе разбить живущих на островах,

Находящиеся среди великого моря слышат твой рёв;

Я дал им увидеть твоё величество, как мстителя,

Возвышающегося на спине своего убитого врага.

Я пришел и дал тебе разбить ливийцев,

Острова Утентиу принадлежат мощи твоей доблести;

Я дал им увидеть твоё величество, как яростноокого льва,

В то время, когда ты превращал их в трупы в их долинах.

Я пришел и дал тебе разбить крайние пределы земли,

Окружность Великой Дуги (Океана) у тебя в руках.

Я дал им увидеть твоё величество, как парящего ястреба,

Схватывающего то, что он видит, как ему захочется.

Я пришел и дал тебе разбить находящихся у твоей границы,

Ты взял Обитателей Песков живыми в плен;

Я дал им увидеть твоё величество, как южного шакала,

Быстроногого, потаённо идущего, рыскающего по Обеим Странам.

Намёк был понятен. Тайные враги и подстрекатели из Страны Рек (Миттани), убоявшись неминуемого гнева доброго бога, впервые сами направили к Дверям Великих Врат посольство. Даже при Великом отце царя не бывало такого. В Митанни в это время правил то ли противник Великого на поле брани — царь Прасадатар, то ли его сын, новый царь Митанни Саушсадатар — я уж и подзабыл... Правительство Митанни предлагало новому повелителю Та-Кем положить конец многолетней войне между двумя могущественными странами.

Это произошло как раз в то время, когда после окончания похода, на празднике в честь города Нэ (Уасет, по-гречески Фивы) Его Величество вновь устроил гонки в гребле. И здесь отличился прославившийся ещё при прежнем царе своей храбростью и силой военачальник Аменемхеб, отец вернейшего спутника и соратника юного царя, который грёб наравне с царём. Аменхотеп был так восхищен этим, что назначил Аменемхеба «начальником войска», то есть главнокомандующим армии, невзирая на недовольство знати из-за низкого происхождения главнокомандующего. Однако надо отметить, что прежде, чем поступить данным образом, царь собрал полные сведения по жизни и умениям Аменемхеба. Будь он трижды отцом соратника и четырежды лучшим гребцом, не стал бы он Великим всякого войска, если бы был плохим командиром. А попутно с праздником…

Царь не забывал ничего и никогда. Жизнь Большого Дома и Великих врат — Большая тайна и Великая опасность. В дни праздников и соревнований многие царевичи и их матери перестали быть. Как кончились их дни, был ли тайный суд или их жизням был просто положен предел по велению Молодого Бога — не знаю. Но тогда Сады Услад, дворцовые палаты, где размещался гарем, опустели и наполнились ужасом. Жёны Великого, к которым Великий наиболее охладел после смерти прежнего наследника и вызывавшие наибольшее раздражение у матери молодого царя, Меритра-Хатшепсут, совершенно точно были задушены, задушены, ибо нельзя проливать священную кровь, и похоронены в тайном месте. Царевны и царевичи, и их дети, даже младенцы — тоже.

Глоссарий в порядке появления слов в тексте:

Великая Десятка — наиболее значимые чиновники Куша и Вавата.

Великое Зелёное — море.

Нахарина — другое название Миттани, северной Сирии.

Джахи — Финикия.

Фенху — Палестина.

Зехер — область южнее Библа и Тира.

Генеунтиу и Кенемтиу — пустыня к востоку от Нила в районе дельты.

Арса — Крит.

Кефтиу — Кипр.

Глава 23

Глава 23.

Я не знаю, принимал ли молодой бог личное участие в казни. Даже если и принимал — кто я, чтобы судить о его делах? Ему досталась нелегкая доля — быть сыном великого отца. К тому же он родился тогда, когда его венценосный отец уже мог по возрасту быть его дедом. Смерть наследника престола и боязнь потерять нового Великого царского сына не привели к тому, что Великий излишне баловал последнего — он был воистину велик и мудр! Но, невзирая на возраст, царь проводил полгода в воинских походах, вдали от Высоких врат. Всё же он успел воспитать истинного мужчину и воина, возможно, более великого, чем он сам. Воина. И даже командира и полководца. Но не успел — военачальника и государя. О, армия обожала молодого царя — тот был страшен врагам и ласков — к солдатам. Он был свой, он был — первый воин. Он был даже величайший воин Двух земель. Отличный командир отряда, даже большого. Но — да не сочтут боги это за святотатство! — весьма средний главнокомандующий и я уж совсем воздержусь от его оценки как царя.