Поняв, как сильно его тон меня напугал, начальник смягчился.
— Ты все слышала? – уже спокойно произнес он.
— Да. – ответив, я подняла на мужчину глаза. Яростный взгляд наполнился грустью, а его голос на последней фразе охрип.
— Извини за это.
— Как вы? – вопрос вырвался сам собой. Я закусила губу. Не знала как он отреагирует.
Босс открыл рот, чтобы что-то ответить, но не решился и поспешил сменить тему:
— Так что там у тебя за документы? Где подписать?
Я подскочила к его столу, положила бумаги и встала напротив его стола, ожидая когда начальник закончит. Виктор Андреевич обежал взглядом каждый лист, и вдруг остановился на одном из них.
— Ох, Олеся, Олеся. – вздохнул мужчина, — ошибки одни и те же. Твоя рассеянность однажды будет стоить мне много денег.
— Простите, Виктор Андреевич…
— Объяснить тебе еще раз? – как-то устало и грустно спросил босс.
— Нет-нет! Я все поняла. Сейчас переделаю.
— Переделывай здесь, хоть проконтролирую, – Виктор Андреевич встал, уступая мне место, — Садись.
Я быстро перепечатала документ и посмотрела на начальника. Он сидел на диване, смотря в никуда стеклянным взглядом.
— Виктор Андреевич?
— Да?
— Можно я задам вопрос?
— По работе? – не глядя в мою сторону спросил он.
— Не совсем.
Он вздохнул.
— Ну попробуй.
— А вы честно ответите?
Начальник прищурившись посмотрел на меня. Он оглядел меня, пытаясь понять чего от меня ожидать.
— Отвечу честно. Обещаю. Спрашивай. Но только один вопрос.
— Хорошо. Как вы себя чувствуете?
Мужчина удивленно посмотрел на меня. Думаю, он ожидал расспроса о его личной жизни, ссоре с женой, но не в таком ключе.
— У тебя всего один шанс, а ты хочешь потратить его на это?
Я кивнула. На его лице появилась еле заметная, благодарная улыбка.
— Как я себя чувствую? Уставшим. Виноватым. Оскорбленным. Униженным. Виноватым… – он запнулся, потер глаза но продолжил, — Потерянным. Пришибленным. Грустным. Беспомощным. Да, пожуй это самое точное описание. Хуже всего, что я ничего не могу сделать. Прихожу домой как только могу. Стану меньше работать – меня снимут с должности, и жена устроит скандал. Не буду приходить домой вовремя, исход будет тот же. В общем приятного мало. – Виктор Андреевич выжидающе посмотрел на меня, как бы спрашивая «Ну что, довольна?».
— Кажется, я вас понимаю. Тяжело соответствовать чужим стереотипам.
— Но приходиться, потому что иначе… – он задумался.
— Потому что иначе рискуешь потерять все. – я продолжила его мысль.
Мужчина улыбнулся и одобряюще кивнул. В глазах появился огонек, а голос снова стал жестким и серьезным. Похоже, я сумела найти нужные слова.
— Ладно! Поболтали и хватит. Что с документом? Закончила? Хорошо. Я подпишу позже. А что касается тебя, Круглова, ты можешь идти домой и отдыхать.
Я заулыбалась. С таким начальником мне гораздо комфортнее и привычнее.
— Как скажете, Виктор Андреевич. До завтра! – я попрощалась с боссом и вышла за дверь, услышав вдогонку: «Спасибо, Олеся!».
Было десять часов, когда я покинула офис. Эх! Хотела заскочить к Надьке, узнать как она, но не в такое позднее время. Зайду завтра, а сейчас домой. Добиралась до своего этажа, я почти ползком. Спина ныла, ноги не слушались, а глаза слипались. Как вошла в квартиру и плелась к кровати, вообще не помню. Проснулась утром. На часах была половина седьмого. На мне красовался мятый белый костюм в полоску с белой рубашкой, по подушке был размазан макияж. Скинув одежду, я позавтракала, а потом залезла в ванну. Горячую воду отключили и меня обожгло холодом, исходящим из душа. Ледяная вода смывала с щек тушь и помаду, но, к сожалению не синяки под глазами. Я встала перед зеркалом. Замазала косметикой припухшее, уставшее лицо, одела бордовые брюки с бежевым свитером, насыпала корма Ведьме и вышла на улицу. Солнце слепило глаза, а снег забирался в ботинки. Пока я ехала в метро, мне дважды отдавили правую ногу и ударили рюкзаком по уху. У офиса меня никто не встречал. Только Виктор Геннадьевич кивнул, проходя мимо. День прошел скучно, хмуро и ужасно утомительно. К часу дня я заснула и проспала весь перерыв, оставшись без обеда. Закончив, с оставшейся работой, я покинула офис ровно в семь ноль ноль грустная и голодная. Ужасный день!
Через сорок минут я стояла у Надиной двери с пакетом ее любимых круассанов с шоколадом. Мне стоило огромных усилий не съесть их по дороге. Надя открыла сразу же, после звонка. Выглядела она плохо. Спутавшиеся волосы, мешки под глазами, красный нос и полуприкрытые глаза выдавали в ней больного человека. «Интересно, а я тоже так выгляжу?» – подумала я.