— Блеск и трепет, профессор! Мрак для неприятеля!..
— Жуть, парниша. Ой, простите. Как трудно с вами разговаривать, господин Борн. И с Максом, чего уж там!..
Мобильники изъяли, наши попаданцы поехали объяснять, как ими пользоваться. Шарпу отвезли спутниковый телефон Макса. На Ан-3 Аресова.
А потом наступил день пред-Че. Неприятель, в шести вёрстах от моста, разбил, как всегда свой лагерь, и выслал вперёд сотню разведки. На расстоянии с километр, от этой сотни конных в красном, отделилась дюжина верховых. Их и встретил пулемётчик тачанки, казак Антипов. Тачанка отъехала от моста метров на сто, развернулась, тррр; пулемёт, на тридцать седьмом патроне, заел. Разведка неприятеля, взъерошенная пулями, ускакала в лагерь, потеряв одного бойца. Это его же коник сбросил. А от таможни выехала «шишига» со спецназовцами. Никита привёз сомлевшего пленного. Он даже два раза стрелял из пистолей. С двадцати метров не попал в Газ-66, а потом Макаров ушёл от выстрела перекатом, три раза выстрелил из Глока в землю у головы разведчика, и всадник ушёл в нирвану от изумления.
Около таможни его оживили и попробовали допросить. Ноль откликов. Ибо незнакомый язык. Пленный был одет в ярко-красный доломан, кивер, и бордовые чикчиры — гусар а ля Наполеон-1812. Эполеты сбиты пулями, в середине кивера дырка от попадания. Заострённые к верху уши, полностью зелёные глаза, нос с горбинкой, невысокий. «Гусар» держался бесцеремонно, капризно изгибал тонкие губы, и цедил какие-то свои ругательства. Правда, при виде блиндированного «ЗИЛа» его стало трясти. Но. В целом жалости к нему не ощущалось.
— В клетку этого пиндосного «эльфа» надо. Паршиво, что здесь урановых рудников нет, — злобно посетовал Зогин. Пленного просто изолировали.
Наши части, рассредоточенные на протяжении двадцати вёрст, вдоль канала, ждали следующего шага неприятеля. На правом фланге эсминец, который как то прошёл ростовские мосты, охранял Новый Дон от переправы неприятеля на незащищённый берег. Чуть дальше от него стояли самоходные баржи, для перевозки резервных частей. А по пустому берегу рыскали три сотни злых калмыков, отрезанные рекой от основных сил. Рыскали они не зря. Нашли круглое озеро со стоящим на берегу храмом с золотой полутораметровой статуей сидящего Будды. Помолились, получили по слитку серебра на брата, и успокоились. Серебро они в подвале отыскали.
Неприятель сделал следующий шаг. В вечерних сумерках, в полутора километрах от моста быстро установил вышку. На неё поднялись трое наблюдателей с подзорными трубами. Тррр из американской спарки. Башня завалилась. Васечкин постарался на славу…
Неприятель затаился. У нас полковые священники, кроме бригады Мелехова, провели молебны. Ночью над нашими позициями было светло от ракет, ждали ночной атаки. Спутник показывал пустое пространство. В три часа ночи, меня разбудили.
— Господин майор, этот пакет отвезёте на аэродром под Каменской и вручите майору Цисаржу.
Сел в машину, в сопровождении «Тигра» военной полиции доехал по мокрой траве до аэродрома. Разбудил Вацлава, вручил ему пакет, в котором были снимки со спутника и свой мобильный телефон.
— Вацлав, а где охрана? Дрыхнет, чтоли? — спросил, зевая и светя фонариком на здоровенные «дуры» под крыльями «Юнкерса». — ОДАБ-500 ПМ «Nano-ХС. Объёмно-детонирующая авиационная бомба повышенной мощности. С использованием нано-технологий? Ха, привет из Сколково. Блеск! Ты, Вацлав, тока в шатёр попади. И будет всё чики-пуки!
— Караульные у нас не спят, они бдят, лёжа, — беззаботный ответ Цисаржа. — И мы тренировались. Три раза. Скажи начальству, что мой экипаж готов к боевому вылету.
— Удачи, парни!..
— Слушайте, господин майор, а чем вы занимались всю эту неделю? — вопрос от Зворыкина, в здании таможни, когда назад вернулся.
— Господин генерал, я искал слабые стороны в нашей обороне. И не нашёл, смею вас заверить!..
— Да-а-а?
— Он сам самая слабая сторона! Особенно в отдельно стоящем шатре князя Рустама, — сдал меня Свечин. — И свой тыл бережёт! Ха-ха — от штабных.
«Завидуют!» Зворыкин косо посмотрел на весёлых подчинённых и промолчал, ус выравнивая. Макс принёс и разложил на оперативном столе снимки.
— Они завтракать собираются…
— Звоните своему двойнику, господин майор. Пусть «доставит» главное блюдо. От нас гостеприимных…
Позвонил. За подлётом бомбардировщика следили с плоской крыши таможни, где причудливо присутствовали старые телефонные аппараты на столах, и мобильники в руках офицеров-операторов. Никита, испросив разрешения, отправил разведку на «шишиге» поближе к лагерю неприятеля. Снимать взрыв поехали спецназовцы, на фоне неспешно встающего над горизонтом, справа от нас Солнца. Кю.