Он поймал мой взгляд, и на его лице появилась ухмылка.
— Тебе помочь раздеться? — спросил он, расстегивая джинсы.
Я пришла в себя. Быстро моргая и тряся головой, я в замешательстве попыталась стянуть рубашку и джинсы одновременно, чем вызвала смех Элайджи.
— Иди ко мне, — его голос был нежным и ласковым, словно мурлыканье, я могла превратиться в лужицу у его ног.
Я сделала два крошечных шага и растворилась в его объятиях.
— В ближайшие годы я еще долго собираюсь действовать тебе на нервы, — сказал он, взявшись за низ моей рубашки и подняв ее над головой. — Вы дороги мне — ты, Люси и Элай. Я больше не позволю, чтобы с тобой плохо обращались, даже если для этого мне придется несколько раз шлепнуть тебя по заднице, чтобы укрепить твой хребет.
Он присел передо мной на корточки. Я нервно сглотнула и посмотрела вниз: он расстегнул мои джинсы и стянул их вместе с трусиками вниз по ногам. Он ухмыльнулся и шлепнул меня по попе. Я взвизгнула и потерла свой пылающий зад. Ой. Он приложил к удару некоторое усилие.
— Не думаю, что это поможет, ведь в исправления нуждается мой характер, — сказала я ему.
Он поднялся и погладил меня по ягодице.
— Наверное, ты права, но все равно будет весело.
Он снова шлепнул меня по попе.
Я поморщилась.
— Эээй. Больно.
— В этом есть что-то приятное.
Я изо всех сил старалась не рассмеяться, но это было невозможно, когда он улыбался.
— А теперь сиськи, — продолжил он, протягивая руку и расстегивая лифчик. Как только они освободились, он застонал и поднял меня на руки. — Блядь. Ты меня убиваешь.
Его эрекция, покачиваясь, скользила по моей коже. Ощущение того, что он голый и без презерватива, заставляло мое тело дрожать. Я обхватила его руками и ногами и потерлась о него, позволяя его члену скользить между половыми губами и по клитору, прежде чем он потянул меня в душ. Он закрыл стеклянную дверь и шагнул ко мне.
Я не знала, что его душевая лейка была съёмной, пока он не снял ее и не отвёл от нас, регулируя температуру. Мои соски затвердели. Во всем виноваты холод и желание, охватившее меня. Я восхищалась упругостью его задницы и тем, как хорошо была сложена каждая его часть.
Он поймал мой взгляд, когда повернулся ко мне лицом.
— Холодно? — спросил он, поднимая душевую лейку и распыляя воду на мою грудь.
Я тихонько застонала. Горячая вода была райским наслаждением. Я откинула голову назад и выгнулась дугой под струями скользящими по моему телу.
— Никогда не устану смотреть на тебя, — пробормотал он, обхватив мой затылок. Я открыла глаза, когда его рот приник к моему. Он провел языком по моим губам, и это было настолько чувственно и божественно, что у меня подкосились ноги. Я приоткрыла рот, позволяя ему покорить мои губы, ублажая меня всеми возможными эротическими способами. Отстранившись, он приказал: — Прислонись к стене.
Я вздрогнула, прижавшись спиной к холодной стене. Он навис надо мной, расположив струю между нами так, что она стекала по моей груди, успокаивающе погладив одну из моих грудей, а затем, потянув за сосок, он опустился на корточки, прижав лицо к пространству между моими ногами. Моя потребность была настоятельной, сердце колотилось, трепетало от тепла и покалываний. От отчаянной потребности быть наполненной.
Элайджа направил лейку душа на мой пупок, оставляя за собой горячую дорожку воды. Свободной рукой он обхватил мое влагалище неторопливо скользя большим пальцем по клитору, прежде чем просунуть в меня палец.
Ох, помадка. Я застонала, раздвигая ноги. Он увидел, что я сопротивляюсь, схватил мою ногу за колено и приподнял ее. Как, по его мнению, мне удастся устоять на одной ноге? Я на двух то еле стояла до того, как он начал прикасаться ко мне.
Несколько раз он ввёл в меня палец, я была в легком тумане, когда увидела, как он опускает лейку душа все ниже, ниже, ниже, пока не побрызгал водой на мой клитор, и я подпрыгнула, но Элайджа положил руку мне на бедро и крепко держал.
О, о, о… Очень сильная стимуляция. Мой живот сжался. Было очень приятно, но давление было настолько сильным, что вызывало щекочущее ощущение, которое я не была уверена, что смогу выдержать.
Наклонившись, я убрала его руку и немного прогнулась, когда давление на клитор ослабло.
— По-моему, слишком, — прошептала я задыхаясь.