— Я знала, что вы приедете на этой неделе, — я выдохнул с облегчением, когда к нам подошел врач Хэдли. — Как себя чувствует, мамочка?
Она прикоснулась к животу Хэдли.
— Словно готова родить ребенка, — ответила Хэдли.
— А папа?
Она положила руку мне на плечо.
— Мы можем уложить Хэдли в кровать? Я знаю, что она не…
— Ах, — Она приоткрыла рот, и они с Хэдли обменялись понимающими ухмылками. — Понятно. Не волнуйся, мы позаботимся о твоей жене и ребенке.
Через тридцать минут я сидел рядом с Хэдли, лежавшей в постели. Ее глаза были прикрыты от страдания. И, черт побери, я никак не мог смириться с тем, что она на протяжении долгого времени лежит здесь, испытывая дискомфорт. Они должны были что-то сделать.
— Хэнк!
Я оглянулся через плечо, в палату вошли мама и Хэнк. Улыбаясь, Хэнк наклонился и подхватил Элая на руки.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила мама, подойдя к кровати Хэдли.
Хэдли слегка приоткрыла глаза.
— Ах…
— Хочешь, мы возьмем Люси и Элая перекусить? — спросила мама.
— Я хочу! — закричал Элай.
— Я останусь с мамой, — сказала Люси, я посмотрел на нее, не сводящую пристального взгляда со своей мамы.
Даже несмотря на нахальство, она все еще была маминой дочкой. Чем дольше она наблюдала за Хэдли, тем больше беспокойства отражалось на ее лице.
— Мы будем в комнате ожидания, когда вернемся. Обязательно поднеси его к окошку, чтобы мы могли посмотреть на него после того, как он родится.
Мама похлопала меня по спине. Я выудил из переднего кармана ключи от внедорожника и протянул их ей.
— Возьмите мою машину. В ней его автокресло.
— Поцелуй меня, Элай, — сказала ему Хэдли. Он спрыгнул на пол и побежал к ней. Я помог ему забраться на кровать, где он поцеловал ее в щеку. — Ты готов к появлению младшего брата? — спросила она его.
Он энергично кивнул.
— Поправляйся, мамочка.
Он побежал обратно к Хэнку.
Когда они ушли, Хэдли посмотрела на Люси.
— Ты не голодна?
— Ты же знаешь, что они все равно принесут мне что-нибудь.
Люси беззаботно и в то же время самоуверенно пожала плечами. Она была права. Они обязательно принесут еду для нее и, возможно, для родителей Хэдли, которые еще не приехали.
— Это всегда занимает так много времени? — внезапно спросила Люси. — Почему ничего не происходит?
Я чувствовал то же самое, что и она. Мне не нравилось, что это занимает так много времени.
— Вам двоим нужно успокоиться, — сказала нам Хэдли.
— Это Элайджа на грани слез, а не я. — заметила Люси.
— Могу поспорить, не я один буду рыдать, — добавил я.
Она уставилась на меня.
— Ставлю десять долларов!
— Держу пари, ты будешь мыть мою машину.
— Боже, благослови Америку! — Хэдли схватилась за живот. — Люси, в последнее время ты ведешь себя так же, как он. Я не в силах справиться с вами двумя.
Мы с Люси обменялись ухмылками, а потом она засмеялась. Она положила голову рядом с мамой и вздохнула.
— После сегодняшнего дня, мам, мы будем в меньшинстве.
— Я и так чувствую себя в меньшинстве, когда вы втроем объединяетесь против меня.
_______
Спустя шесть часов родился Джексон Паркер.
Я старался оставаться сильным, держа Хэдли за руку, пот покрывал ее лоб и увлажнял волосы. Я и раньше знал, но теперь был уверен… Она самый сильный человеком из всех, кого я встречал.
Как только Джексон появился на свет громко заплакав, я зарыдал вместе с ним. Самый счастливый момент в моей жизни был в этой комнате.
Я был мужем. Отчимом. Отцом.
Моя жизнь кардинально изменилась за эти годы после встречи с Хэдли. Я поцеловал ее в губы, провел рукой по влажным волосам, и по ее щекам тоже текли слезы.
Джексона положили мне на руки, и я обнял его так, чтобы Хэдли тоже могла его видеть.
— Он идеальный, — прошептала она мне.
Я кивнул в знак согласия, не в силах отвести от него взгляд.
Я не забыл свое обещание.
Поднести его к окну в комнате ожидания, как только он родится. Не хочу, чтобы они ждали, чтобы увидеть его.
Люси еще больше, чем бабушка с дедушкой, хотела его видеть.
Вытерев лицо, я посмотрел на Хэдли, которая уже кивала, словно знала, о чем я думаю.
— Иди, покажи его, а потом приходите обратно к мамочке.
Врач придержал для меня дверь. В нескольких сантиметрах от меня оказалось шесть человек. Все кроме одного. Они прыгали вверх-вниз и указывали пальцами в нашу сторону. Люси держала Элая, хотя он был почти такого же роста, как она, когда он указал на Джексона, она полностью сломалась. Слезы текли по ее щекам, она прикрывала рот и все еще пыталась удержать брата на бедре. Ее реакция только усилила мои слезы.