— Черт, ты самое сексуальное создание, которое я когда-либо видел.
Я почувствовала, что мое лицо горит, но не от смущения. Я была очень возбуждена.
Он потянул за другую бретельку, не останавливаясь до тех пор, пока не выставил на всеобщее обозрение обе мои груди. Он отошел и стал любоваться мной.
— Я не видел никого более совершенного. Ты совершенна. И я собираюсь провести остаток ночи, поклоняясь каждому сантиметру твоего тела.
Он наклонился, беря в руки каждую из моих грудей. Внезапно его губы оказались на моих сосках. Я вздохнула и ухватилась за край стола. Он высунула язык, прикусил сосок и потянул… Задыхаясь, я снова схватила его за волосы. Он сосал и ласкал, уделяя внимание каждому соску. Когда я услышала, как Элайджа сглатывает, я все поняла. Он пил мое молоко!
Я не знала, испытывать отвращение или быть польщенной. Это должно было быть по меньшей мере странно, но это было не так. Я была слишком увлечена Элайджи и тем, как хорошо себя чувствовала с ним, чтобы стесняться.
Я начала заваливаться назад, не привыкшая к таким сильным ощущениям сразу. Он поднял голову, и тёмные хищные глаза скользнули по моему телу. Элайджа поцеловал меня в шею, укладывая на спину. Радость, которую испытывала моя душа, превратилась в ноющее предвкушение между бедер. Я вся дрожала, когда ладонь Элайджи легла на мой живот. Он смотрел на меня с таким восхищением, прежде чем уделил внимание моим бедрам. Он еще шире раздвинул их и согнул мои ноги так, что ступни оказались на краю стола. Мой сарафан был задран до талии. Элайджа тянул трусики, пока не снял их. В следующее мгновение Элайджа зарылся лицом между моих ног, застав меня врасплох.
— Ах! — простонала я.
Он потер пальцем клитор, и моя спина выгнулась дугой. Мое тело задрожало, когда я начала кончать ему в рот. Элайджа удовлетворенно застонал и заскользил языком по моей влаге. Лаская меня ртом, он засунул свой мощный палец внутрь меня. Мужчина творил чудеса, заставив меня корчиться и кричать. Когда я подумала, что больше не выдержу, он ввел еще один палец. Затем нежно прикусил внутреннюю сторону моего бедра, возвращаясь к клитору.
— Элайджаааа, — закричала я, кончая, словно цунами, на его лицо.
Он не прекращал, даже когда мое тело билось в конвульсиях и содрогалось от его прикосновений. Он нежно, не торопясь целовал мое бедро, его пальцы замедлились, словно давая мне передышку.
Как только мое тело начало расслабляться, Элайджа повторил все сначала. Через несколько минут я снова достигла пика. Это было впервые для меня — множественные оргазмы.
Мое тело обмякло, когда он встал и наклонился надо мной, его пальцы все еще были во мне. Он зажал зубами мою нижнюю губу, позволяя мне попробовать себя на вкус. Элайджа прошептал:
— Детка, тебе придется быть тихой, иначе ты разбудишь детей. Я еще далек от того, чтобы закончить с тобой.
Я задрожала и кивнула, когда он согнул внутри меня пальцы. Моя спина снова выгнулась, и Элайджа поцеловал меня глубоко, но на этот раз нежно. Я накрыла его руку своей и приподняла таз, побуждая его ускорить темп. Он застонал.
— Пиздец, ты бесценна. Я не заслуживаю того, чтобы прикасаться к тебе. — Я поцеловала его в шею. — Элай в твоей комнате? — Я кивнула. — Тогда на диван. Не верю, что ты будешь тихой.
Я захныкала в знак протеста, когда его пальцы покинули мое тело. Элайджа подхватил меня на руки. Он поставил меня на ноги, стащил по бедрам болтавшийся на талии сарафан, пока он не оказался у моих ног. Моя кожа покрылась мурашками от осознания того, что я полностью обнажена перед этим мужчиной. Эта мысль была столь же волнующей, сколь и пугающей. На моей груди появились растяжки, но в его темных глазах я не видела ничего, кроме желания. Твердая, длинная эрекция, оттягивающая его джинсы, была еще одним напоминанием о том, что, несмотря на изменения в моем теле после того, как я стала мамой, Элайджа был полностью увлечён моим внешним видом.
Но несправедливо, что только я была обнажена. Я схватилась за низ его рубашки, он помог мне снять ее через голову и бросить на пол. Я провела ладонями по его торсу. Его мускулистая грудь покрыта темными волосами. Они были редкими и заметны только вблизи, когда я прослеживала пальцами его татуировки. Пальцы моих ног подогнулись.