Все сейчас было как будто в порядке, но Дейдре хотелось знать точно, прекратили ли леди Кэролайн и Хейворд топить суда или они все еще занимаются своими грязными делишками. И еще ей очень хотелось, чтобы Хантер снова обнял ее…
Может быть, она все-таки ошибается насчет него? В конце концов, ведь он спас ей жизнь, а она ему.
Дейдре села в кровати, ее сердце оглушительно стучало. Может, ей все же поехать на Багамы и поговорить с Хантером? Помириться? И узнать, что он предпринимает для того, чтобы остановить леди Кэролайн.
Дейдре снова легла. Не стоит бегать за ним. Он скорее всего уже уехал с Багам. Через неделю или две она пошлет телеграмму старой Нейт или Имоджин и узнает все последние новости.
И что делать с Саймоном Гейнсвиллом? Он сказал, что любит ее. Но может, он любил то, что сам создал в своем воображении? И если в его воображении она предстает в образе идеальной женщины, то разве он захочет когда-нибудь с ней расстаться?
По телу Дейдре пробежала дрожь, и она натянула одеяло до подбородка. Ее отношения с Саймоном оказались гораздо более сложными, чем она предполагала. Дейдре не хотелось думать об этом, но деньги ее семьи могли бы послужить Саймону неплохим подспорьем в достижении его целей и построении карьеры. Она никогда не винила его в этом желании, потому что сама хотела потратить свое наследство на благо других. Но больше всего на свете ей хотелось, чтобы ее любили не за что-то, а просто так, любили ради нее самой. Она хотела, чтобы мужчина сгорал от страсти к ней, чтобы без нее он не мог жить. Именно так любил ее Хантер…
Так, значит, он все-таки любил ее? Или это лишь страсть?
Выходит, и она любила его?
Дейдре снова села в постели, свесила на пол ноги. Любила! Да, она влюбилась в Хантера! Это больше чем просто приключение, больше чем желание общаться на интеллектуальные темы, больше чем страсть.
Она считала, что любит Саймона, но оказалось – она любит его лишь как друга. К Хантеру она испытывала страсть. Но что, если она любит его и эта любовь включает в себя страсть, дружбу и стремление к общим идеалам?
В этом и состоит опасность. Что может быть более опасным, чем подобная комбинация? Впрочем, для родителей Дейдре такое сочетание явилось несомненным благом, и именно на этом и держится их брак. Джейк Джармон и Александра Кларк боролись за свою любовь, они прошли через потери, испытания, но остались вместе. Любовь победила и дала ростки новой жизни в виде их двух детей.
Дейдре пересела на стул. Хантер. Она любит его. На нее обрушился вихрь непривычных ощущений и чувств: страх, возбуждение, удивление. А что же чувствует Хантер? Она не знала этого. Возможно, он уже забыл о ее существовании.
Грустно вздохнув, Дейдре вернулась в постель. Это все невозможно решить в одну ночь. Она закрыла глаза и попыталась заснуть. Перед ней снова возник Хантер. Интересно, он теперь будет ей сниться каждую ночь?
На следующее утро погода выдалась замечательная. Когда Дейдре вошла на кухню, она утопала в ярком солнечном свете. В воздухе витал сладковатый запах корицы. Здесь Дейдре чувствовала себя уютно, в безопасности, здесь ее любили. И проблемы, мучившие ее ночью, стали казаться не такими уж сложными и неразрешимыми.
– Хотите позавтракать? – спросила вошедшая в кухню Мод.
– Да, не откажусь. Я собираюсь сейчас отправиться в компанию «Кларк шиппинг». Думаю, им необходима моя помощь. – Дейдре засмеялась.
Мод скромно улыбнулась и стала накрывать на стол.
Дейдре попросила домоправительницу позавтракать вместе с ней.
Мод приготовила все для Дейдре, потом налила себе чая со сливками и сахаром и тоже села за стол.
– Этот Саймон вернется? – спросила она, слегка нахмурившись.
– Саймон?
– Не нужно играть в игры со мной, мисси. – Мод постучала пальцем по столу. – Он сделал вам больно?
– Нет, просто он считает, что у него есть на меня какие-то права.
Выражение лица Мод неожиданно смягчилось.
– И позвольте узнать в таком случае: кто тот мужчина, который заставил засиять ваши глаза? Вы стали совсем другой после поездки на Багамы.
– Почему вы думаете, Мод, что есть какой-то мужчина?
Мод с улыбкой огляделась:
– Я немножко дольше, чем вы, живу на свете, мисси. Думается мне, что это тот самый мужчина, который сопровождал вас в поездке. Как его зовут?
– Хантер.
– Когда он приедет? Мне надо будет заранее подготовить для него комнату.
– Он не приедет. – Из глаз Дейдре неожиданно брызнули слезы. Встав из-за стола, она промокнула их платком. – Никто не заставлял сиять мои глаза, просто я очень занята. У меня много планов на будущее. Прямо сейчас я отправляюсь в офис компании. Возможно, у них есть какие-нибудь новости с Багам.
– А этот Хантер все еще там?
– Откуда мне знать? – Дейдре подошла к двери, затем обернулась назад. – Сегодня вечером я пойду с Саймоном на концерт.
– С Саймоном?
– Да. Я сама попросила его об этом. Фортепианное трио исполняет произведения Клары Шуман и Фанни Мендельсон. Мне нравятся произведения женщин, и меня возмущает то обстоятельство, что их творчеством часто пренебрегают. Пренебрегают – это еще мягко сказано. Его просто замалчивают. Как бы там ни было, я иду на концерт. И надену шелковое зеленое платье, которое купила в Новом Орлеане.
– Я приготовлю его. Но мне кажется, раньше вы никогда не надевали такие платья, когда шли куда-нибудь с Саймоном.
– Да, это так. Правда, я пока не знаю, пойду ли я с ним или с Шарлоттой. Ее я тоже приглашу.
– Это хорошо. Не стоит вам сейчас оставаться наедине с этим Саймоном. Лучше пообщайтесь пока со своими подругами. Вы все время одна с тех пор, как приехали домой.
Дейдре нахмурилась. Она не любила, когда кто-нибудь указывал ей, что для нее лучше, а что хуже. Но тут Дейдре стало стыдно. Мод всегда присматривала за ней и стояла на страже ее интересов, так как родители были далеко.
Дейдре вернулась на кухню. Мод собирала со стола посуду, и ее губы были поджаты.
Обняв служанку за плечи, Дейдре сказала:
– Простите, Мод. Я иногда невыносима. Спасибо за заботу.
Мод тоже обняла Дейдре и быстро отвернулась в сторону, смахнув слезы с глаз.
– Идите уж, а то опоздаете.
– Спасибо.
Не успела Дейдре дойти до кухни, как Мод снова остановила ее:
– Для вас послание. Принесли сегодня рано утром. Оно в холле.
– Правда? – Дейдре бросилась бегом в холл. На столе лежал небольшой сверток. Адреса на нем не было, и это выглядело несколько странным. Дейдре торопливо сняла обертку и увидела небольшую бархатную коробочку. В ней оказалось маленькое золотое сердце, пронзенное стрелой. Это не от Хантера, подумала Дейдре. Не похоже на него. К коробочке была прикреплена небольшая белая открытка: «Простишь? Увидимся вечером. Саймон».
Коробочка и открытка выскользнули у Дейдре из рук, и она, переступив через них, вышла из дома. У подъезда ее уже ожидала карета. Она поднялась по ступенькам и села на кожаное сиденье. Внезапно ее охватил приступ гнева. К чему это пронзенное сердце? Саймон почти никогда не дарил ей никаких подарков. И вдруг золотая булавка. Дейдре казалось, что ей дали пощечину. Он хотел заставить ее почувствовать себя виноватой? Хотел сказать, что она ответственна за те чувства, которые в нем проснулись? Или он хотел удовлетворить свои собственнические притязания, заставив ее надеть свой подарок?
Как бы там ни было, она не станет делать этого. Он, вероятно, ожидает увидеть эту булавку на ее платье сегодня вечером. На зеленом платье Хантера! Дейдре сжала руки в кулаки. Не выйдет!
Она глубоко вздохнула. Хантер подарил ей целый ворох всевозможных нарядов, но это почему-то не вызвало в ней волну протеста. Саймон же преподнес всего лишь скромную булавку. Все дело в том, что причины для проявления щедрости у этих двух мужчин были совершенно разные. Хантер хотел любоваться ею, и его платья были лишь обрамлением ее красоты, Саймон же намеревался превратить ее в свою собственность. Стоп! Не надо забывать, что при всем при том Саймон поддерживал движение суфражисток, а Хантер просто использовал женщин ради своего удовольствия.