Новая рука Петра снова привлекла внимание Марка. Он усмехнулся и спросил, тыча в неё пальцем:
– И что же ты отдал за неё?
– Я разведчик, а разведка внесла и вносит немалый вклад в развитие науки и безопасность человечества. Для нас всё бесплатно.
– Вау! – Марк даже подпрыгнул на сиденье. – Я могу брать всё, что захочу?
– В принципе да, для тебя теперь всё доступно, но вот в чём загвоздка: мы живём в развалинах, а в городе проводим один-два дня в месяц, а то и реже, так что наслаждайся, пока не уехали.
– Я тоже могу себе руку пересадить?
– Да, только сначала придётся её отрезать.
– То есть, если я хочу себе более… мускулистое тело – я могу пойти в больницу, где меня полностью переделают?
– Ну, теоретически, да, но фактически больницы имеют право отрезать только ту плоть, которой необходима ампутация.
Марк кивнул и откинулся на сиденье, но потом, будто вспомнив что-то важное, подался вперёд и спросил:
– А машину? Я могу сейчас пойти и взять себе любую машину?
– Чисто теоретически – да, но у нас нет личных авто, мы их как бы арендуем у города.
– Хм, а что я ещё имею, работая в разведке?
– Доступ в любое учреждение города Шанс, пищу и крышу, бесплатную медицину, развлечения… Да в принципе, для тебя открыто всё, когда ты в Шансе. В других городах нам закрыт доступ в некоторые «заведения», а в остальном мы и там обеспечены. Разведчиков уважают везде.
Марк улыбнулся и уставился в окно, мечтательно разглядывая вечерний город, но не успел он присмотреться, как Николай затормозил.
– Приехали.
Над невзрачным входом в бар, который сложно было отличить от стены, висела розовая вывеска: «Ночь», слабо подсвеченная тусклым светом, позволявшим лишь разглядеть её в темноте. Сам бар находился у подножья высокой башни, с верхушки которой датчики фиксировали изменения на территории города и частично вне города и передавали их в командный пункт. На башню могли подняться жители, чтобы осмотреть свой город с высоты птичьего полёта. А ещё именно она была главным генератором того прозрачного защитного купола, который укрывал весь Шанс.
В здание товарищи попали без препятствий, не было ни охраны, ни какого-либо иного пропускного контроля. Внутри бар выглядел весьма обычно: много круглых столиков на одной широкой ножке, с дыркой посредине, окружённых твёрдыми и неудобными на первый взгляд стульями с одной изогнутой ножкой. За большим квадратным танцполом с кучей различной светотехники стояла барная стойка, которая также ничем не отличалась от тех, к которым привык Марк, разве что необычной волнистой формой и роботом-барменом. Часть сидящих за столиками людей уткнулась в браслеты или планшеты, другие отстранённо смотрели прямо, время от времени попивая коктейли. Никакого шума или галдежа не было.
Разведгруппа подошла к одному из столиков, за которым уже сидели четыре человека.
– Знакомьтесь, Марк, – проговорил Пётр, указывая на новичка.
Говорил он обычным тоном, так как музыка играла тихо. Пока тихо, как он и сказал у входа.
– Он проснулся позавчера, а сегодня уже разведчик. Это Аня, – Пётр указал на единственную девушку среди всей команды.
Она приветливо кивнула и бросила на Марка кокетливый взгляд. Сидящие за столом люди заулыбались, сдерживая смех.
– Джек, – Пётр указал на чернокожего парня. Тот, в свою очередь, тоже качнул головой в знак приветствия, после чего перевёл взгляд на Петра и проговорил:
– Слу-у-ушай, у тебя, кажется, моя рука.
Фраза сработала наподобие динамита, пробившего дыру в дамбе сдержанности и высвободившего реку смеха. Пётр посмотрел на свою ещё неподвижно висящую руку и тоже засмеялся. Марк так и не понял, что здесь такого смешного, но тоже заулыбался, поддавшись всеобщему веселью.
– Во мне сегодня объединились Инь и Ян, – проговорил он.
– Я физически ощущаю гармонию внутри тебя, – поддал жару ещё не представленный Марку мужчина.
Накатила новая волна смеха.
– Так, ладно, продолжим, – заговорил Пётр, подождав, пока команда успокоится. – Эти двое, – он указал на оставшихся двух мужчин, – Артур и Кевин. Теперь мы все – команда, – Пётр обвёл собравшихся жестом руки.