– О! А мы можем подняться на башню? – он указал куда-то вверх. – Это же башня?
– Можем, – преодолев икоту, ответил Пётр.
Была глубокая ночь, так что башня пустовала. Стоящие вокруг неё здания простирались на равное расстояние в разные стороны – высокие строения, кое-где с жёлтыми и чёрными квадратиками и кружками на стенах. Внутри большинства построек наверняка царили уют и покой. Кто-то там уже спит, кто-то только встал, а кто-то, такой же, как Марк, стоит где-то высоко и смотрит на город, размышляя о своём. Дороги города практически никогда не прекращали жить, даже по ночам по ним носились светящиеся механические жучки.
Марк почувствовал прилив грусти и, опёршись на невысокий заборчик, тихо спросил:
– Как же люди так скатились?
– Ты удивлён? – поинтересовался Пётр.
– Не особо… Просто захотелось спросить, – ответил Марк, глядя вдаль.
Пётр хотел что-то сказать, но Марк опять заговорил и опять грустно:
– Все ждут счастливого будущего, светлого, а оно вон как, – он качнул головой куда-то вперёд.
– Всегда хочется верить в лучшее, даже если подсознательно понимаешь, что такого не будет.
– Вера… Иногда непонятно, нужна ли она вообще…
– Конечно, нужна. Кем бы ты был без веры? – неожиданно для самого себя, быстро заговорил Пётр. – Вот веришь ты во что-то и делаешь, не всегда успешно, но без веры и того не делал бы.
Марк тяжело вздохнул.
– Во что мне теперь верить?
– Ну-у-у… – протянул Пётр и икнул. – Тут тебе уже самому решать.
Марк молчал. Тёплый летний ветер нёсся по своим делам, но даже в спешке успел потрепать волосы Марка и пощекотать грудь, скользнув под футболку. Он же принёс с собой и запах далёкого прошлого: запах салона автомобиля, в котором Марк часто за полночь возвращался домой; запах уютной и, что самое важное, своей квартиры, именно своей, такой, в которой проживало не только тело, но и душа; запах вещей жены, которые она любила разбрасывать по комнате, вешать на спинку стула и просто складировать в одну большую кучу. В одну большую и такую родную кучу запаха, которого Марку сейчас так не хватало.
Он взглянул вверх и увидел там только темноту. Где-то далеко за серым небом мутно светилась луна, а звёзды никак не могли протиснуть свои лучики сквозь слои грязи, оставшиеся после войны.
– Пусто во мне как-то. Чувствую себя выжатым, – спустя некоторое время заговорил Марк.
– Все новенькие себя так чувствуют. А я могу только представить.
Марк удивился, когда голос Петра зазвучал не оттуда, откуда ожидалось. Повернувшись, он увидел, что Пётр сидит неподалёку на мягкой лавочке.
– О, тут можно сесть, – обрадовался он и присел рядом. – А я бы не смог представить. Я прожил двадцать восемь лет зря, – он глянул на Петра. – Вот куда ушли мои годы? На то, чтобы потерять всё и оказаться тут?
– Я тебе тут не советчик, прости.
Марк ещё некоторое время молча смотрел на Петра, затем вздохнул и тихо произнёс:
– Угрюмое какое-то будущее у меня вышло.
Пётр немного помолчал, мельком улыбнулся, поднял правой рукой левую и помахал ею.
– Всё ещё угрюмое?
Марк хихикнул.
– Ну, правда, зачем ты выбрал темнокожую руку?
– Чтобы будни не казались тёмными, – усмехнулся Пётр. – А почему бы и нет? По-моему, прикольно.
Марк снова хихикнул и замолчал. Пётр достаточно опьянел и устал, так что самостоятельно строить беседу не имел никакого желания, поэтому молча ждал вопросов.
– Расскажи мне о Новой Земле, – после недолгой паузы попросил Марк.
– Что тебя интересует?
– Какие есть города, кто там главный, из какого города ты?
Пётр нахмурился.
– Это долго.
– Краткий курс. Пожалуйста.
Пётр вздохнул.
– Ну ладно… Всего на Новой Земле пять городов: Нюлайф – большой город во главе с Дэмиеном Кингом. Он ещё с молодых лет стал лидером современной столицы. Владеет Производственными Полями, где производят технику, инструменты и так далее. Находится в западной части Новой Земли. Крус – продовольственный город, занимается выращиванием и обработкой продуктов питания, известный своими рынками, в частности, и чёрным рынком…