На мой вопрос: — Почему я, а не кто-то другой? — ведь брутальных самцов или смазливых парнишек вокруг вполне достаточно.
Она ответила: — Дурачок, ничего не понимаешь, — и заткнула мне рот своими чудесными губами.
Сослуживцы от зависти поначалу пытались меня третировать обидными подначками. Я проявил совершенно несвойственную мне сдержанность — всего-то одна сломанная челюсть и парочка разбитых в хлам физиономий. А как прикажете реагировать на «казарменную блядь», «дешевую давалку» и прочие оскорбительные выпады в адрес майора Поляковой? Все проходило сугубо по армейским правилам за пределами Базы, вдали от камер видеонаблюдения и сторонних взглядов. Пострадавшие объясняли травмы случайными падениями. Однако начальству кто-то все-таки стуканул о моих разборках с зарвавшимися нахалами. Полковник Саркисов, как это ни странно, узнал о причине травм среди личного состава раньше ротного, и попытался провести со мной воспитательную беседу. На все бездоказательные обвинения полковника я лишь пожимал плечами и лицемерно сетовал на скользкие после ночного дождя дорожки, всякие коряги и корни, которые вылезают неведомо откуда во время утренней пробежки, в доказательство показал сбитые костяшки пальцев, дескать тоже пострадал от проклятых корней, хорошо упал правильно, а то бы тоже мог лицо разбить. В конечном итоге «колобку» надоело скакать вокруг меня и промывать мне мозг. Он грохнулся в кресло и, глядя в мои наглые зенки, сказал:
— Маладэс, баес, чэсть дамы нада защищать! — я уже успел заметить, когда у полковника хорошее настроение, в его речи вольно или невольно прорезается кавказский акцент. — Свободэн!
Капитан Шаганов, увидев меня, выскочившим из здания штаба после разговора с командиром части лишь усмехнулся, кивнул головой и приказал занять место в строю. Никаких карательных мер ко мне не применил. Впрочем, не пойман — не вор.
После этого случая подначки сослуживцев прекратились, хоть завистливых взглядов и шепотков за спиной не поубавилось. Да и хрен бы с ними — пускай себе завидуют и дрочат по ночам под одеялом. А у меня Надежда, и я счастлив, что именно меня, а не кого-то другого она выбрали в качестве живого секс-тренажера.
Что касается моего соседа Гены, тот ни словом, ни намеком не выразил какого-либо отношения к ночным визитам дамы. Он вообще парень спокойный и кроме Алеси из Сивково других женщин в качестве объекта сексуального вожделения не признавал. Однолюб, короче. Ночные звуки, доносившиеся из моей спальни также его ни разу не раздражали и спать не мешали. Вот это нервная система!
К концу нашего обучения на Базу доставили тактические комплексы «Ратник-МК». Подгонка снаряги, изучение соответствующих учебных баз по управлению экзоскелетной броней и заключительные тренировки именно с использованием этой новейшей военной разработки заняли крайние («последний» — слово, весьма редко употребляемое в армии из-за соображений суеверия и прочей мистики) пару недель нашего пребывания на Базе.
Костюм оказался просто чудо. Гибкая композитная броня, мгновенно распределяющая по всей поверхности кинетическую энергию пули калибра 12,7 миллиметров, выпущенной с расстояния всего лишь десятка метров. «Ратник-МК» защищает практически от всех видов жестких излучений и потоков заряженных частиц довольно высоких энергий. Также он позволяет находиться в вакууме или любой агрессивной среде, вплоть до атмосферы, состоящей из чистого фтора, в течение нескольких часов. И это еще не все. Тактический комплекс располагает мощной компактной батареей, генератором силового защитного поля, импульсным излучателем, способным пробить метровую стену из армированного пластобетона, лобовую броню тяжелого танка, преодолеть псионическую защиту самого высокого уровня. Энергии батареи хватает на пять часов боя в самом интенсивном режиме. И наконец, в костюм встроен тактический Искин, способный в тесном взаимодействии с нейросетью и на основании данных, полученных от внешних источников, давать оператору «Ратник-МК» полную картину боя, а в случае его серьезного ранения, вести какое-то время бой, посредством лазерной турели и двух десятков небольших, но мощных реактивных снарядов, хранящихся в специальном заплечном контейнере. В случае крайней необходимости Искин способен принять решение об эвакуации находящегося в бессознательном состоянии бойца в безопасное место. Вот такую «вишенку на торте» подкинуло нам заботливое руководство проектом под завершение учебного процесса.