Если бы в моем распоряжении не было подробной карты местности, я, все-таки, не рискнул бы сюда лезть. Вероятность сломать шею, выбрав неправильный маршрут, была весьма высокой. С помощью карты моё продвижение на север проходило в достаточно комфортных условиях. Мой путь хоть и не был прям, но вполне безопасен.
Наличие многочисленных рек, речушек, озер и ручьев позволяли своевременно пополнять запасы воды и пищи. Через неделю заготовленные продукты питания у меня закончились. Энергетические затраты требовали активного пополнения.
А еще какие-то загадочные изменения происходили с моим организмом.
Наука утверждает, что человек перестает расти годам к двадцати-двадцати двум. Мне уже под тридцатник, тем не менее, я начал довольно активно прибавлять в габаритах не только в ширь, но и вверх. За месяц, проведенный на этой планете, мой рост, по объективной оценке, нейросети увеличился на три сантиметра и составил сто девяносто два сантиметра. В плечах я также раздался. Масса тела увеличилась до ста четырех килограммов. При этом повысились мои гибкость, ловкость и скорость реакции.
Вразумительных объяснений подобных трансформаций, нейросеть не выдала. Отбоярилась тем, что некоторые процессы метаболизма в организме носителя в настоящий момент её неподконтрольны, а вмешиваться посредством нанобиотов без рекомендаций специализированных медицинских Искинов она даже не пытается дабы не навредить. Странно, уж нейросеть-то обо мне должна знать всё досконально. Дед, также ничем не смог помочь, лишь почесал репу, выдал поток незапоминающейся и трудно произносимой зауми насчет каких-то специфических факторов, влияющих на процессы метаболизма в организме человека, которые не поддаются изучению с помощью имеющихся в нашем распоряжении средств. Говорил минут пятнадцать, при этом не сказал ничего, только «возможно», «вероятно», «предположительно», короче, то, что обычно говорят ученые мужи о проблеме, к которой не знают с какой стороны подступиться.
Ладно, пока все эти изменения не причиняют мне неудобств, не стану брать в голову. Впрочем, определенное неудобство они мне все-таки причиняют — организм стал требовать больше пищи. Теперь мне приходилось довольно часто обустраивать стоянки, чтобы пополнить запасы провианта. Реки и озера исправно снабжали рыбой и водоплавающей птицей. В горах попадались местные «зайцы», «кабаны» и «косули». Первых брал с помощью пращи. Более крупные животные требовали значительных ухищрений и ловкости. Мне помогали способность к бесшумному передвижению по любой местности и свойство организма нейтрализовать испускаемые мной запахи. Подкрался, нанес рану копьем, в бок, лучше в шею, отскакиваешь и ждешь, когда зверь рухнет от потери крови. Практически каждый раз приходилось какое-то время бежать за подранком. А еще я не брезговал лесными плодами и грибами, когда таковые попадались на моем пути.
Следующей моей находкой после обнаружения соли стал обсидиан. Крупные куски вулканического стекла в приличных количествах валялись на берегу бурной реки, берущей начало где-то высоко в горах. Несомненно, именно оттуда притащило потоком столь желанный для меня минерал.
Искать подходящую заготовку для ножа не стал. Взял кусок обсидиана побольше и запустил его со всей дури в крутую каменную стену берегового склона. При ударе вулканическое стекло брызнуло множеством осколков. Мне лишь осталось подобрать пару дюжин, подходящих для моих целей.
Маячить на берегу смысла не имело. Я поднялся вверх по склону и обустроил лагерь на опушке небольшой рощицы. Как бы мне ни хотелось сразу же заняться находкой, сначала развел костер и плотно поел.
Классическую листовидную форму придал обломку обсидиана с помощью добытого ранее рога местного «оленя». Для защиты руки, державшей заготовку, от повреждений острыми осколками стекла, воспользовался куском шкуры. Пара часов осторожных постукиваний и аккуратных отщипываний, и получилось острое полупрозрачное лезвие. Материал оказался не таким уж хрупким, как во время виртуальных занятий, по всей видимости, в состав вулканического стекла входят какие-то специфические добавки. В основании лезвия сделал с двух сторон фиксирующие пазы для надежного крепления ручки. Саму ручку заготовил заранее из плотной древесины корневища подходящей формы — знал, что рано или поздно найду нужный материал, вот и озаботился всем необходимым. Другим куском обсидиана обработал дерево так, чтобы можно было надежно зафиксировать лезвие ножа. Обе части соединил между собой с помощью веревки и клея, приготовленного из смолы какого-то хвойного дерева и толченого угля. Кусочки смолы растопил у костра на горячем камне, добавил толченый уголь и тщательно перемешал палочкой. Этой смесью сначала склеил лезвие и ручку. Место соединения обмазал горячим клеем и крепко-накрепко обмотал несколькими слоями веревки из волокон «крапивы». Каждый слой тщательно промазывал всё тем же клеевым составом.