Однако находке я несказанно обрадовался. Это пусть на Земле посуда из золота считается верхом пошлости. Заменить хрупкую керамическую посуду на золотую — неплохая идея. К тому же золотые снаряды для моей пращи станут прекрасной заменой сработанным из глины.
Дед идею обзавестись металлической посудой вполне одобрил, а вот отливать метательные снаряды отсоветовал:
— Лёд, нее стоит разбрасываться золотишком, — сказал он, — лучше положи на дно баула несколько килограммов. Может пригодиться для установления добрососедских отношений и торговли с местным населением. Уверен, металлический денежный стандарт тут ещё не изжил себя, как это случилось на Земле. Тебе несказанно повезло, юноша, обычно самородное золото сильно загрязнено примесями, часто не очень полезными для здоровья. Тут практически чистый металл.
М-да, уел дедуля. Действительно, как это мне самому в голову не пришло, что местные — если у них вообще имеются товарно-денежные отношения — используют для удобства торговых операций серебро, золото, возможно медь.
Месторождение золота оказалось очень богатым. За световой день мне удалось набрать более тридцати килограммов самородков разной величины, в основном с грецкий орех и всего парочку с куриное яйцо. Некоторые имели весьма замысловатую форму. К сожалению, из-за отсутствия подходящего материала для изготовления плавильного тигля, процесс изготовления золотой посуды пришлось отложить до лучших времен. Найденное золото поместил в пошитый из шкуры плезиозавра мешочек, перевязал горловину веревкой и поместил на дно рюкзака. Весу прибавилось прилично, но меня это ничуть не волновало. Главное, качество моего плетеного заплечного мешка оказалось на высоте, даже не ожидал, что местные растительные волокна будут столь прочными на разрыв и перетирание.
А еще через три дня наткнулся на целую скалу из малахита, а среди обломков у её подножия нашел самородную медь. Вскоре обнаружил и касситерит, также именуемый в народе как «оловянный камень». Мой рюкзачок изрядно потяжелел, но прекрасно держался. Теперь, чтобы заняться металлургией, нужно найти каолиновую глину.
Искомое, как назло все не попадалось. Пришлось спуститься к подножию Уральских гор. Там в одном из овражков обнаружил выход на поверхность сероватой глины — отличного материала для изготовления шамота.
Для обжига глины и плавки металла пришлось изготовить примитивную печь. Для этого заготовил необходимое количество кирпича, обжиг провел в обыкновенном костре. Затем сложил кирпичи в цилиндрическую конструкцию диаметром полтора метра.
Параллельно с изготовлением печи занимался заготовкой древесного угля. На берегу протекавшей неподалеку речки набрал бревен подходящего размера, при необходимости ломал их с помощью тяжелого камня. Уложил топливо плотно в виде шалаша высотой два метра и диаметром чуть больше трех. Затем нарезал дернины и обложил получившуюся кучу. Сверху насыпал слой земли. Для розжига использовал длинный шест, обмотанный на конце сухой травой, пропитанной смолой. Зажженный факел просунул в центр поленницы через отверстие в дернине там предварительно были заложены тонкие ветки.
Не стану подробно описывать процесс, но через неделю в моем распоряжении была приличная куча древесного угля. К тому времени печь и каолиновые брикеты для изготовления шамота просохли.
Сначала провел обжиг глины в печи. В качестве топлива использовал уголь. Для повышения температуры горения также изготовил меха из сыромятной оленьей шкуры. Каолиновые заготовки разогрел, судя по цвету раскаленного материала, примерно до полутора тысяч градусов.
Остывшие брикеты тщательно растолок на кусочки размером до двух миллиметров и меньше, таким образом получил шамотную крошку. На другом камне растолок в пыль немного древесного угля. Далее хорошенько перемешал в кастрюле шамотную крошку с просушенной истолченной необожженной каолиновой глиной и углем в объемном отношении соответственно: 60 %, 30 % и 10 %. Полученную смесь слегка смочил водой, только чтобы держала форму, но не «плыла». Из неё слепил три толстостенных тигля объемом примерно полтора литра с массивной выступающей кромкой, чтобы сосуд можно было прихватить и вытащить из печи с помощью двух достаточно длинных каменных стержней. И оставил на просушку, прикрыв от прямых солнечных лучей навесом из веток и травы.