- Уже через час он сделает дело! – пообещала Медея Шаи.
Ее роскошные крылья задевали стенки армуаров и копья, сложенные в нишах. Конрад снова испугался, что она поранится. С такими крыльями, как у нее сложно ходить по земным апартаментам. Здесь слишком мало места, а сложить крылья накидкой за спиной, как это делают ее феи, она не хочет. Она ведь королева.
Кондор заметил, что над шпилем самой высокой башни кружат хороводом темнокрылые феи.
- Они - моя свита, - пояснила Медея Шаи.
- А они не хотят влететь в замок?
- В высоте им привольнее.
Конрад не стал настаивать. Феи выглядели зловещими. Казалось, они призывают бурю. Там, где они порхали в танце, собирались черные грозовые тучи.
- Удостоишь королевский турнир своим присутствием? – чинно предложил Конрад королеве фей. Хоть она и волшебная гостья, а следует соблюдать этикет. Вот только входить через окна, а не через двери, как это уже сделала Медея Шаи, было явным нарушением всех правил.
- Это лишнее! – передернула плечами она. – Не люблю турниры смертных. Вот магические турниры куда более занимательны.
- Но таких в Алуаре не устраивают.
- Мы это исправим, - Медея Шаи чуть взлетела над полом, чтобы ростом сравняться с Кондором и поцеловала его. От поцелуя королевы фей все, наверное, утрачивают разум. Конрад мигом забыл, о чем собирался сказать. У губ Медеи Шаи был вкус и аромат темного леса, хвои и колдовских ягод. Конрад готов был забыть все и предаться любви с феей прямо сейчас в арсенале, среди разбросанного оружия, не взирая на риск жестоко израниться. Но за окном раздался резкий свист. Это крылатый меч вернулся назад. Он прилетел сам, шевеля насечками рукояти, как настоящими крыльями. Его лезвие было в крови. К гарде прицепился лоскуток от арадорского герба.
- Твой соперник мертв! – Медея Шаи взяла меч, повертела его в руках и вдруг слизнула кровь с лезвия. – А он был уже не молод, но хитер. Неплохо было бы свести с ним знакомство, пока он еще был жив. Говорить с мертвыми я тоже умею, но это не так интересно, как с живыми.
Меч сам вылетел из ее пальцев и занял свое прежнее место в углублении держателя. Кровь не запеклась на нем, а исчезла, будто сталь ее впитала.
- Ты говорила, что меч сделает свое дело лишь за час, а он вернулся намного раньше.
Медея Шаи лишь жеманно усмехнулась. Наверное, это он утратил счет времени, пока целовал фею.
Конрад взял в руки меч только что убивший его конкурента.
- Что ты делаешь? – Медея Шаи насторожилась.
- Меня занимает мысль о том, что час назад он был в сердце моего врага, - признался Конрад.
- А меня удивляет то, что этот меч не жаждет твоей крови. Обычно стоит достать лезвие из ножен, и оно кидается рубить даже своего владельца, так ему хочется скорее напиться. А пьет оно только кровь.
Изящные, но невероятно сильные пальчики Медеи Шаи сомкнулись поверх руки Конрада, сжимавшей меч.
- Я вдруг поняла, что ты особенный… - прошептала она и почему-то испугалась. - Скорее вели лекарям больше не давать эликсиров Араминте.
- Почему?
Медея Шаи не стала разъяснять. Она выпорхнула из арсенала и стрелой полетела вперед по коридорам замка. Лакеи и рыцари, которых она сшибла с ног, не понимали, в чем дело. Им, наверное, показалось, что мимо них только что пронесся черный ураган. Конрад поспешил за королевой фей. Она летела прямо в покои его невесты. Оттуда привычно пахло мускусом, свежими цветами и лекарствами. Двое жутких существ по-прежнему копошились у поспели Араминты, но теперь они уже не лечили ее эликсирами, а обряжали хладный труп.
- Ужас! – Медея Шаи сложила крылья рупором.
- Ты о ее внешнем виде?
Даже серые фейри хвори, каждая размером с жука, уползали от ложа с мощами, выражая неприязнь.
- Я о ее смерти, - уточнила Медея Шаи. - Конечно, ее можно поднять из мертвых, но оживет лишь оболочка, а сама Араминта уже мертва, и ее смерть учтена в записях мертвого царства. Поздно ее оживлять.
- То есть ты не рада тому, что я теперь свободен и могу выбрать новую невесту. Тебя, например. Ты не хочешь стать моей королевой?
- Глупый! Я не хочу потерять тебя на целый век. Я даже за год могу успеть тебя разлюбить, не то, что за столетие. Ведь феи непостоянны.
- Столетие я и не проживу, - рассмеялся на это Конрад, и вдруг понял, что ошибся.
- Не зарекайся! – Медея Шаи потянулась поцеловать его, но воздух кругом похолодел до состояния льда. Шкафы и гобелены покрылись льдистой корочкой.