- Если они дохнут на меня, то я окажусь внутри сугроба, из которого уже не смогу выбраться, - предположила Марианна.
- Ну, так не привлекай особо их внимания.
- Разве они слепые? – Марианна присмотрелась к белым глазам без зрачков. Ресницы и даже чешуйчатое веко снежного дракона напоминали комья чистого снега.
- Они зрячие, к сожалению! И начитанные, как это ни странно звучит для драконов. Если б ты знала драконий язык, то могла бы с ними побеседовать о том, о сём и выпытать нужные для нас сведения, но иностранных языков ты не знаешь. Верно, изнеженная принцесса?
- Я знаю только алуарский.
- Даже эльфийского не знаешь?
- Нет! А разве нужно?
Медея Шаи криво усмехнулась.
- Как же вы с Лурелем сумели договориться о взаимной любви? Или вы сообщались лишь взглядами?
- Он хорошо говорил по-алуарски.
- Надо же! Ни за что от него не ожидала. Влюбился в алуарку, так и по-алуарски заговорил! А влюбится в крестьянку, так пахать в поле начнет.
Кажется, в звонком голосе королевы фей прозвучал сарказм.
- А ты хорошо знаешь Луреля?
- Я всех эльфийских принцев знаю, как облупленных! Они все неженки, мечтатели и лицемеры. Не верь ни одному из них!
- Уже поздно советовать, - съязвила Марианна вместо того, чтобы закатить гневную тираду о том, как нехорошо критиковать эльфов.
Медею Шаи лучше не злить. Иначе она опять накинет на Марианну черную паутину, от которой кожа болит, как от пчелиных укусов. Поэтому принцесса проглотила обиду.
Полки и стеллажи библиотеки были изо льда. Снежинки сложились в паутину, заменявшую стекло в полках. Сосульки свисали со всех сторон. Большинство фолиантов тоже было изо льда, но Марианна полезла на полку и нашла бумажные книги, пергаменты и манускрипты. Они быстро оттаивали в ее руках. Ветхий папирус почти ничем не отличался от сафьяна и телячьей кожи. Всё выглядело одинаково бесцветным, пока не оттаял лед. Только потом стало заметно, что текс внутри светится.
- Смотри, тут все буквы золотистые! – позвала фею Марианна.
Медея Шаи обернулась. Сама она пыталась расчистить от снега какую-то громадную книгу, размером до потолка, загородившую проход между двумя стеллажами.
- Надо же! – Медея Шаи присвистнула от изумления. – Я долго пыталась отогреть крылом хотя бы одну страницу, а ты мигом растопила все.
- А ты тут томишься намного раньше меня?
Фея что-то подсчитала на длинных гибких пальцах, между которыми будто перепонки, наросла черная кружевная паутинка.
- На несколько часов.
- Всего-то? – удивилась Марианна.
- Для нас, фей, время течет иначе, чем для вас, смертных. Несколько часов в этой крепости показались мне столетиями.
- Мне тоже час здесь столетием уже кажется! – вздохнула Марианна.
- Я не об этом! – Медея Шаи гневно двинула крылом и чуть не отколола кусок льда от полки. – Я о том, что феи за несколько часов могут успеть столько, сколько вы, люди, не успеете и за целый век.
- Возможно, так оно и есть. Я не знаю. Ты первая фея, с которой я познакомилась. Так, что я, конечно же, верю тебе на слово. Ты лучше знаешь свою крылатую расу, чем я.
- Видела бы ты те поля, на которых я засеяла волшебные зерна, - мечтательно протянула Медея Шаи и прижала к своей груди пухлый ледяной том, взятый с полки. – Они дадут чудесные всходы. Когда ты вернешься в Алуар, вся страна уже будет заселена моими подданными. Людей в ней вообще не останется.
Марианна старалась прочесть золотистые буквы и не могла. Язык в книге точно был не алуарский.
- Крестьяне жаловались на черные ядовитые ягоды и гигантские темные деревья, которые вырастают в считанные минуты, - припомнила Марианна. – Земля высыхала и трескалась, в колодцах завелись водяные драконы. Даже в моем садовом колодце поселился синий морской змей. Я думала, это эльфы шалят.
Медея Шаи мелодично рассмеялась.
На переплете ледяной книги, которую она прижимала к себе, вдруг вырисовывалось подобно барельефу прозрачное лицо и потребовало:
- Поставь меня на полку, фея! Сведения во мне не для тебя!
- Вот, проклятые! – Медея Шаи выронила книгу, потому что ледяная корка переплета начала обжигать ей пальцы холодом. – Никогда-то они со мной поладить не хотели. Боятся, что я украду их секреты и помогу жертвам сбегать отсюда в обмен на плату.
- А что фея может попросить в качестве платы?
- Чью-то душу, чье-то здоровье, чью-то силу, чье-то сердце, - Медея Шаи нежно погладила подвески-сердца на своем поясе. – С тебя, например, я бы попросила твою красоту. У тебя очень миленькое личико!
- Разве красоту можно отнять, как корону или ожерелье?
- Как маску! Я бы забрала твой облик и хранила его на тот случай, если захочу проникнуть на прием к смертным королям под видом человеческой девушки.