Белая роза расцвела прямо на снегу. Вначале Марианна подумала, что она сформировалась из снега, но затем заметила еще и алую розу. Обе розы переплелись.
- Розы сплелись, как влюбленные!
- На самом деле они соперницы! – нахмурилась подлетевшая Медея Шаи. - Алая роза – символизирует пылкую страсть, белая – искреннюю любовь. Обычно они появляются только там, где вариант чувств спорный и начинают драться. Хотя дракой ничего не решишь. Решают не феи, а сердца. Но феи уверены, что без их вмешательства влюбленные не смогу определиться.
- Я не вижу фей, тут только розы.
- Это потому что здесь слишком холодно. Феи роз не поощряют метель и мороз. Они чувствительны к холоду. Вопрос, почему они настигли нас здесь? Как будто преследовали. Моя роза – алая. Страсть!
Медея Шаи протянула руку к розам и укололась.
- Вот негодяйки! Похоже, они искали тебя, а не меня.
Марианну розы не укололи.
- Говорят, если алая и белая роза сплелись, то где-то возникла истинная любовь: в ней половина страсти, а половина чистого чувства. Но лично я не в это не верю. Забудем про розы! Давай веселиться!
Медея Шаи протанцевала в воздухе на лету, делая па и пируэты. Она подхватила Марианну и приподняла над полом.
- Ты, конечно, не кавалер, но мне скучно!
Марианна ахнула, когда фея закружила ее в танце прямо в воздухе. Ледяной пол оказался далеко внизу. Он напоминал сверкающий каток. Сейчас бы покататься на коньках, а не витать в объятиях феи.
- Ты же сказала, я слишком тяжелая.
- Но альтернативы нет. Танцевать одной скучно!
- Это не танец, а полет.
- Феи танцуют на лету. Ты разве не знала?
- Опусти меня! Я разобьюсь!
- Не разобьешься! Тут всего пара метров до пола.
- Человек и с пары метров может разбиться при падении на лед!
- Ерунда!
Медея Шаи устала танцевать лишь спустя час, когда снова пошел снегопад. У Марианны так кружилась голова, что она ничего уже не соображала.
Фея опустила ее на ледяную скамейку, заросшую снежными цветами. Это были уже не розы, а подснежники. Марианна вспомнила, что подснежники вырастают там, где снег вскоре должен растаять.
- Какая ты скучная и чопорная! – упрекала фея. – С тобой не повеселишься. Вот почему смертных принцесс не хотят принимать ни в одно волшебное общество. Вы зануды!
- Нас так воспитали. Занудство принято называть вежливостью, а развязность хамством.
- Ну и сидите одни, без компании фей!
- А ты лети, танцуй с ледяными стражами.
Медея Шаи с досады метнула молнию, которая рассекла напополам ледяную скамью. Ударь молния на миллиметр левее, и она рассекла бы тело Марианны. С феями лучше не спорить!
Подружка-сова
Марианна сорвала розы и бережно прикрепила их к корсажу. Шипы мгновенно и плотно прицепились к ткани платья. Так крепко и иголками не пришьешь. Отодрать цветы от шелка было уже нельзя. Алая и белая роза с пышными лепестками напоминали роскошную брошку. Или такие броши принято называть бутоньерками? Марианна нахмурилась. Она уже не помнила, как принято у людей. Мозг будто покрылся ледяной коркой и мыслил замедленно. На волосах заблестел иней.
- Ты тоже замерзла тут? – учтиво спросила Марианна у белой совы, спорхнувшей из-под купола.
Сова молочно-белого окраса казалась выкупанной в молоке, зато ее глаза сверкали подобно двум аквамаринам.
- Не бывает белых сов, но ты белая! Надо же! – Марианна протянула руку, и сова вспорхнула ей на запястье. Вела себя сова, будто аристократка. Даже кланяться и расшаркиваться умела.
Другие белые совы ледяного замка так себя не вели. Эта была особенной. Бриллиантов в ее лбу не росло, зато она умела манерничать, как знатная леди.
- Я назову тебя Жеманница, - предложила Марианна. – Тебе нравится такая кличка?
Совиная головка слегка наклонилась, словно кивала в знак согласия. Даже если это было всего лишь совпадение, Марианна с радостью впала в заблуждение, что сова ее понимает и начала сыпать вопросами.
- Как думаешь, в этих розах действительно живут две феи любви и страсти?
Сова ухнула, будто сказала «угу».
- А Лурель меня ищет?
Опять уханье, похожее на «угу».
- Он может мне изменить?
На этот раз сова промолчала.
- А ты умная! Не хочешь меня расстраивать.
Сова снова ухнула «угу».
Марианна вздохнула. Куда дальше расстраивать пленницу, заточенную на целый век в холодном заснеженном замке? Она и так расстроена дальше некуда.