Слева была темнота. И тишина.
Темными тенями ложились волны на белый песок. Рябь на поверхности воды казалась лентами из глянцевито-черного шелка. Где-то очень далеко вверху бесшумно колыхались призрачные радужные сполохи. Они напоминали край гигантского занавеса, уходящего куда-то невозможно высоко. Ни один из разноцветных бликов не отражался в тяжелой, как смола, черной воде.
…Женщина медленно шла по узкой границе между Светом и Тьмой. Легкий, едва ощутимый ветер играл с серебристыми волосами. Мелкие песчинки щекотали пальцы босых ног, забивались в складки длинного шелкового платья. Справа ее сопровождал мелодичный искрящийся звон. Слева напряженно вибрировала тишина.
Женщина чему-то улыбалась.
Темнота слева колыхнулась и безмолвно вздохнула, встряхнув пространство. Огоньки-звезды замерцали, перемигиваясь, разноцветные покрывала далеко вверху заколыхались, потревоженные невидимой рукой.
Женщина остановилась, обернулась влево. Радужные блики отразились в безмятежных, бархатно-синих глазах.
– Опять нарушаешь границы, Селена?
Голос был неотличим от окружающего мрака, низкий, вибрирующий, бесстрастный.
– Границы – твоя прерогатива, Хронос, – мягко, как и тысячи лет назад, улыбнулась королева. – Для меня их не существует.
– Ты могла бы по крайней мере сделать вид, что соблюдаешь правила, Светлая.
– Зачем? – искренне удивилась она.
Исполинский вздох, полный то ли гнева, то ли тревоги, сотряс пространство. Но когда Хранитель Времени заговорил, голос его был по-прежнему бесстрастным.
– Иногда ты прискорбным образом напоминаешь мне твою дочь, Селена. Полное пренебрежение к фундаментальным законам мироздания. Просто наказание для Системы…
– Она – благословение для Системы, Хронос, – голос королевы был холоден и строг.
– Благословение, за которое уплачено твоей жизнью, Светлая. И жизнью твоей планеты.
В мягких глазах королевы полыхнуло белое пламя. Волны прозрачного вибрирующего света на миг окутали ее фигуру.
– Я ни на миг не сожалела о своем выборе, Хранитель, – очень спокойно ответила она. – Есть законы, которые важнее законов мироздания. И важнее Времени.
Темнота вздрогнула, будто рассеченная хлыстом, и судорожно затрепетала. Через несколько долгих, как эпоха, мгновений тяжелого молчания Хронос тихо спросил:
– Зачем ты здесь?
Синие глаза Селены посуровели.
– Еще одна эпоха подходит к концу, Хронос, – медленно произнесла она. – Круг времени скоро в очередной раз замкнется.
– Да. Чтобы началась новая эпоха, старая должна уйти. Кому это знать, как не тебе, Королева Белой Луны?
Длинные черные ресницы на миг опустились, бросая тени на лицо.
– В самом деле, кому это знать, как не мне, Хранитель? – голос королевы звучал очень тихо и ровно. – Но и кому, как не мне, знать, что ушло еще не все? Настало время завершить то, что должно быть завершено.
– Не тебе говорить о времени, Селена, – слова Хроноса падали, как свинцовые шары. – Для тебя оно уже закончилось.
Черные ресницы не дрогнули.
– Но оно продолжается для тех, кого я люблю, Хронос. И ради них я здесь, – она на миг примолкла и продолжила. – Ты ведь знаешь, о чем я хочу попросить тебя, Хранитель Времени?
Молчание. Тяжелое и звенящее, как небо перед грозой. С металлическим привкусом тревоги.
– Эта история давно закончена, Светлая, – в бесстрастном ответе Хроноса впервые проскользнуло напряжение.
– Не для всех.
– Темное Королевство уничтожено. Земля спасена. Виновные наказаны.
– А невинные, Хронос?
Молчание. Холодное, сухое и горькое, как пепел – молчание давно минувших смертей.
– В Темном Королевстве не было невинных, Селена.
Мягко изогнутые губы королевы сжались чуть плотнее. Синие глаза приобрели ледяной оттенок северного неба.
– А сенши Внутренних планет? В чем виновны они?