Плутон медленно обвела взглядом собеседниц. В его глубине полыхнуло давно сдерживаемое пламя.
– Терра покрыта тенью. Вся. Последнее сообщение было получено сегодня на рассвете, после этого – никаких откликов. Только ощутимое присутствие темной энергии такой мощи, какой в Системе не наблюдалось уже несколько десятков тысячелетий.
– Дай-ка я угадаю, – недобро усмехнулась Уран. – Берилл постаралась?
– Она больше не Берилл, – нежный и бесплотный голос принцессы Сатурна, в котором не отражалось никаких эмоций, заставил всех вздрогнуть.
– Что ты имеешь в виду, Хоти? – ласково спросила Нептун.
Фиолетовые глаза Воина теней казались двумя провалами в бездну.
– Она продала свою душу. Она – Потерявшая имя. Время и люди придумают ей другое прозвище. Но Берилл больше нет.
От тихого детского голоса у всех пробежал мороз по коже.
…Потерявшими имя в незапамятной древности назывались слуги Мрака, которые добровольно отдавали ему тело, сердце и душу. Взамен они получали полную неуязвимость, бессмертие и огромную магическую силу. А эта сила, чьей природой было разрушать, со временем пожирала их изнутри, обращая в черные тени. В призраков, которые не могли ни жить, ни умереть…
– Кому она продалась, Хоти? – хрипло спросила Уран.
– Эта сила называет себя Металлией, – ответила вместо нее Селена. – Но имя в данном случае не имеет значения.
– Да, – тяжелым, глухим голосом произнесла Плутон. – Мы все знаем, что и кто требует душу в обмен на могущество. Под каким бы именем оно не скрывалось.
В солнечной комнате воцарилась мертвая серая тишина. У нее был ледяной привкус ужаса. И в этой тишине Плутон закончила:
– Древний враг. Родоначальник лжи и смерти, – ее тон был бесстрастно-ровен. – Он бьет наверняка и не оставляет живых. У Терры практически не осталось надежды.
Тягостное молчание нарушила Уран, выдохнув какое-то особенно лихо закрученное проклятие на древнемарсианском языке. Марсианский – язык воинов – вообще был богат на проклятия.
Голос Воительницы бурь разбил гнетущее настроение. Все зашевелились, вздохнули. Луна бросила на принцессу Урана негодующий взгляд – употребление бранных слов в присутствии венценосных особ считалось вопиющим нарушением этикета – но ничего не сказала.
– А… Хранитель? – Нептун задала вопрос, которого все боялись. – Он… тоже?..
– Нет, – твердо ответила Селена. – Я бы знала, если бы… если бы это произошло.
– Последнее сообщение с Терры было от Гелиоса, – медленно произнесла воительница Плутона. – Он успел передать, что закрыл все границы Священного Иллюзиона, сделав его полностью неприступным. Золотой Кристалл Терры не тронут силой Металлии. Следовательно, Эндимион не утратил связи с планетой.
– И как же он все это допустил? – выдохнула Уран, справившись, наконец, с эмоциями. – Он Хранитель или кто? Куда он смотрит, в конце концов?
– В данный момент, полагаю, он смотрит на Серенити, – усмехнулась Нептун.
– Но это не делает из него безумца, – мягко заметила Селена. Она уже давно привыкла к шуткам в адрес своей дочери и Принца Земли. У всей Системы глаза на месте, а между этими двумя все очевидно. Оставалось только наблюдать и улыбаться.
– Хранитель Земли глубоко влюблен, и это могло заставить его ослабить бдительность, – задумчиво сказала Плутон. – Хотя, зная, Эндимиона, я в этом сомневаюсь. Даже в подобном состоянии души он не может утратить связь с планетой. Не он выбрал Терру. Терра выбрала его.
– И я часто себя спрашиваю, о чем Терра думала, когда это делала, – буркнула Уран. – Парень славный воин, но на короля он похож так же, как… как я на придворную даму – извини, Луна.
– Все в порядке, леди Уран, – елейным голосом произнесла та. – На придворную даму вы и впрямь не похожи. Ничуточки.
– Леди, мы отвлеклись, – тихо напомнила Селена. На ее лице не было ни тени улыбки. Только печаль.
– Итак, – негромко произнесла Нептун, – насколько мы можем повлиять на ситуацию? Если Эндимион в курсе происходящего и не утратил контроля над Землей, то все еще может обойтись.