– Точно. Землю голыми руками не возьмешь, – усмехнулась Уран. – Ее жители будут сражаться до конца.
– В этом и есть весь ужас происходящего, – скорбная тень на лбу Селены стала глубже. – Сражаться… больше некому, Уран.
На миг воцарилась тишина.
– Что ты хочешь этим сказать, Светлейшая? – охрипшим голосом выдохнула Воительница бурь.
Вместо Селены ответила Хранительница Врат Времени.
– Я не сомневаюсь, что жители Терры боролись до последнего, как ты и сказала, Уран, – глухо произнесла она. – Но сейчас большинство из них обращено в демонов. Остальные – те, кто не сдался добровольно – мертвы. Металлия не берет пленных.
– Как… мертвы? – потрясенно прошептала Нептун. – И Четверо Лордов Терры тоже?… о Небо! – она зажала рот ладонью.
– Нет, – медленно проговорила Плутон. – Нет, они… не мертвы. Все было бы намного проще, будь это так.
– Ты же не хочешь сказать, Пеллар… – яростно воскликнула Уран. – Ты же не хочешь сказать, что они стали…
– …демонами, – бесстрастно закончила за нее Плутон. – Да. Добровольно. Одними из первых.
– Святое Пламя Жизни… – тихо прошептала Нептун, прикрывая ладонью глаза.
Все знали, о чем она подумала сейчас. О четверых веселых и юных девчушках, которые репетируют сейчас в саду парадный танец для своего предсвадебного бала. Которые будут ждать своих возлюбленных и не дождутся их никогда.
– Девочки еще не знают, – тихо сказала Селена. – Я поговорю с ними… позже.
– О чем они думали?! – взорвалась Уран. – Они предали свою планету, своих невест, своего короля – да что там короля! – своего брата! Эндимион им верил больше, чем себе!
– Полагаю, они считали, что так смогут хоть что-то контролировать. Видели в этом надежду – не для себя, для планеты, – все так же бесстрастно продолжила Плутон. – Но они не знали, с кем идут на сделку. Металлия не дает надежд. Она их только отнимает.
– Эндимион знает? – спросила Нептун.
– Да, – ровным голосом ответила принцесса Сатурна. – Но он не верит до конца в происходящее. Он верит, что они вернутся.
Никто никогда не знал, откуда Хранительница Предела Теней узнает обо всем происходящем. Сама она никогда об этом не говорила. Но не было ни одного раза, чтобы она ошиблась.
– А они вернутся, Хоти? – печально спросила Селена.
Воительница Теней на миг замолчала, словно вглядываясь в невидимые другим бездны. Потом сказала то, чего никто от нее не ожидал:
– Я не знаю, Светлейшая.
– Но надежда есть? – настаивала Селена.
– Призрачная, Светлейшая. Они добровольно выбрали Тьму. Но они не потеряли душу. Пока еще нет.
– То есть? – оживилась Уран.
– Их воля не полностью подчинена Металлии. Их память стерта, сердце заперто наглухо, но внутри не тронуто. Туда Враг заглянуть… побоялся.
– Он испугался любви, – тихо сказала Селена. – Это единственное, над чем у Металлии нет никакой власти. И никогда не было.
– Поэтому он и запечатал им память, – подытожила Плутон. – Пройдут тысячелетия, этот огонь угаснет в забвении и перестанет представлять для него опасность.
– Не угаснет, – Селена впервые улыбнулась. – Хроносу любовь тоже неподвластна.
– Но нам это сейчас не поможет, – сурово сказала Плутон.
– Ладно, – задумчиво произнесла Нептун. – Планета опустошена, но Хранитель-то остался! На собственной территории и с Золотым Кристаллом сила Эндимиона практически неограниченна. Если он нанесет удар, Металлию просто сметет. Со всеми ее демонами.
– Эндимион не пойдет против своей планеты и своих лордов, – твердо сказала Селена.
– Никакой планеты фактически нет, – хладнокровно заметила Плутон. – И лордов Терры тоже нет. Есть Негаверс – или Темное Королевство, как они себя называют – и четыре Верховных демона Негаверса.
Нервы принцессы Урана не выдержали.
– Они были моими друзьями, Хаос все раздери! – прорычала она. – Они и сейчас мои друзья… – она замолчала и поникла.
– Теперь ты понимаешь, Уран, – печально произнесла Селена. – Эндимион не станет сражаться против тех, кого по-прежнему считает своими друзьями. И своим народом.
– Да, не станет, – вздохнула Плутон. – Планета предала его. Но он не предаст планету. Это благородно. Глупо, но благородно.