- Конечно, могло, - рявкаю я, продолжая метаться по палате. За окном сгущаются розовые сумерки, тени на снегу становятся все темнее.
В этот момент дверь распахивается, и входят два мордатых субъекта в камуфляжной форме без знаков отличия. Ни слова не говоря, они делают шаг и хватают меня под руки. Я слабо дергаюсь в крепких захватах, но ничего не могу сделать. Судя по абсолютному спокойствию моей сиделки - визит запланирован и обсуждался с лечащим врачом. Я позволяю защелкнуть на запястьях сенсорные наручники и презрительно говорю:
- Отпустите, не калека, сам пойду.
Меня отпускают. В сенсорных наручниках из неизвестной тюрьмы-больницы не так просто сбежать. Тем более, после ранения.
- Следуйте за мной, - произносит один мордатый, я послушно иду за ним, а второй замыкает шествие.
Мы спускаемся на лифте в просторный безлюдный холл, над головами голубоватые дневные лампы, по углам кадки с пальмами - обычная больница, вроде госпитальной базы, только намного меньше.
- Сюда, - ведущий сворачивает в неприметный коридор и открывает дверь. Я вхожу за ним, небольшое помещение не похоже на больничное. В полумраке виднеются кресла и стол с открытым ноутбуком. Пока глаза привыкали к темноте, мордатый негромко о чем-то инструктировал напарника.
- Установи связь. Знаю, что помехи со спутника, вывернись, но дай нормальную связь. Понял?
Я оборачиваюсь на них, вопросительно поднимая брови, мол, чего вы меня сюда притащили. Мордатые смотрят на меня с удивленным выражением нашкодивших щенков.
- Садитесь, мистер Райт, - наконец выдает старший, - и ведите себя смирно.
- Зачем меня сюда притащили?
Они не удостаивают ответом, и я окончательно убеждаюсь, что дело нечисто. Впихнув меня в глубокое неудобное кресло, мордатые покидают комнату, и я остаюсь один. Нервы во мне трепещут, как перетянутые струны, руки слегка подрагивают от волнения, и ладони ледяные. Едва заставляю себя сидеть смирно, хочется кинуться к ноуту и посмотреть, что за связь устанавливали мордатые. Наручники жгут руки, будто раскаленные.
Наконец в коридоре раздаются тяжелые, чуть шаркающие шаги. Затихают перед дверью. Я слышу тихий разговор, потом дверь с силой распахивается, и на пороге возникает высокий плечистый человек: про таких говорят поперек себя шире. Но, едва он делает шаг, я замечаю увечную неловкость. Он подволакивает левую ногу, плечо как-то странно изогнуто, будто на спине растет горб, а рука скрючена. И лицо…
Все холодеет у меня внутри, кровь стынет в жилах, капилляры трещат и ломаются с хрустальным звоном. Мертвые не возвращаются! Я знаю это твердо, но все-таки… Командора Рагварна невозможно не узнать. Даже теперь, с изуродованным лицом: левая половина - нижнее веко, угол рта - обвисла, на щеке мятые желтоватые шрамы от ожогов. На шее толстый багровый рубец от осколочной раны, на виске такая же звездочка.
Тяжелые шаркающие шаги приближаются, мне хочется зажмуриться, но я не могу оторвать глаз от лица командора. За его спиной хлопает дверь, а Рагварн приближается ко мне вплотную. Ни слова не говоря, отодвигает стул возле стола и садится, мощной спиной обрушиваясь на жалобно скрипнувшую спинку.
- Удивлен? - громыхает Рагварн так, что закладывает уши. Он славится такой силой голоса, что его могут расслышать в поле несколько полков.
Я глотаю застрявший в горле ком. Удивлен - мягко сказано. Я убит! Теперь от меня точно не оставят мокрого места. Интересно, начнут прямо здесь?
Командор обрывает бешеный бег моих мыслей:
- Виктория уехала к детям, - сообщает он, - младший приболел.
Он задумчиво смотрит на меня, будто старается проникнуть под черепную коробку и прочесть мысли. А раньше я считал его в большей степени воякой. Что-то в Рагварне изменилось, что-то помимо внешности. Если бы он желал поквитаться со мной, мне было бы спокойнее.
- Ну что, сынок, - ласково спрашивает командор, болезненно кривя лицо, - повеселился в Нарланде? Чего молчишь? Язык проглотил?
- Не трогайте Вики, - сдавлено прошу я, - она ни в чем не виновата.
- Миссис Райт в полном порядке, - Рагварн удивленно косится на меня, - семья Стального Сокола под защитой госбезопасности, можешь не волноваться.
Я перевожу дух - кажется, не врет. Действительно, зачем ему трогать Вики и племянников, если я и так в его руках.
- Видел ребят, девчушка на Корда похожа, как две капли…
Провоцирует. И провокация срабатывает. Я так и не выпил чудо-капель Джейн, а нервы натянуты до предела.
- Это вы лишили их отца!
Рагварн хмурится, на его лице это выглядит устрашающе.
- Сынок, ты кое-что позабыл: за кем прилетел подполковник Райт в Штормзвейг?
- А вы хотели, чтобы он полетел за мной! - с клокочущей внутри злостью шепчу я. - Вам было на руку, чтоб героя Оримы растерзали нелюди! И вы его не остановили. Ведь после такого вопиющего случая можно было со спокойной совестью объявить Нарголле войну и упрятать в ней все концы.
Шрамы командора наливаются краснотой, он сжимает кулаки, но тут же выпускает пар. Еще одному он научился с последней нашей встречи - отменно держать себя в руках.
- Корда можно было спасти, - продолжаю обличать я, - если бы вы сразу вошли в Нарланд. Но поквитаться с дезертиром было важнее, чем спасти героя!
- Все простить не можешь сорванные погоны?
Да что он понимает!
- Идите к дьяволу!
Рагварн в упор смотрит на меня, один глаз его сощурен.
- Мальчишка, как есть мальчишка! - усмехается он. - Райт сам пришел ко мне. Потому что заподозрил своего командира, Форку, в связи с террористами. Много лет мы пытались вычислить местонахождение базы, где выращивают этих тварей, и твой брат сумел нащупать ниточку и подобраться к ним. Я позволил ему действовать на свой страх и риск.
- Ну-ну, - мрачно поддакиваю я, - загребать жар чужими руками вы умеете.
- Корд нашел выход, который устроил всех. Нам удалось внедрить разведчика в стан Ромари Алвано…
- Не верю! Корд уже не может оправдаться, но вы не убедите меня, что он придумал послать к этому маньяку подростка…
- Он не только придумал, но и сделал это, - отвечает командор.
- Ложь! - уже не в силах сдерживаться ору я. - После Ходхольма он не мог… не мог…
- Это было необходимостью.
- Вы что, с ума сошли?! Он был ребенком…
- Педро Алвано пошел на подвиг совершенно осознанно, - спокойно говорит Рагварн. Чурка, колода бесчувственная! Кому он пытается врать, как будто я не знаю собственного брата!
- Подполковник Райт служил империи жизнью и кровью, - неожиданно жестко произносит командор, - пора бы уяснить для себя, что служение империи не только в том, чтобы идти под пули. Оно требует большего!
Я выдыхаю, как проколотый воздушный шарик - долго и со свистом.
- Чего вам надо?
Рагварн выпрямляет плечи.
- Сынок, давай забудем прошлое: ты мне сорванные погоны, а я тебе - брошенную в лицо гранату. Империи нужна твоя служба.
Его заявление повергает меня в ступор. После всего?! После убийства посольства, затопленного Нарланда, угона вертолета - они хотят призвать на службу меня, бледную тень Стального Сокола? Мир катится в тартарары!
Глава 74
Он понял, о чем я думаю.
- За все твои художества тебе положен не один смертный приговор, - произносит командор, - но, на твое счастье, Аделина Умано подтвердила, что всю ночь с двадцать третьего на двадцать четвертое августа прошлого года ты провел с ней, а в «Грандкарине» не нашлось ни одного человека, способного опознать тебя в лицо.
- Кроме вас.
- Естественно, кроме меня.
- Я не намерен отказываться от совершенных преступлений, - хмыкаю я.
- И подпишешь этим себе приговор! - сверлит меня взглядом Рагварн.
- Зато никто не скажет, что Дан Райт ползал на брюхе, - дерзко отвечаю я, ожидая реакции. Я хочу понять, что им от меня надо.