Ответ прозвучал просто, но главное честно. Настя понимала, что он хотел донести.
- Я уже не готов быть крупинкой мира, - добавил он, - я здесь историческая личность и не представляю себя в иной роли. Я могу потеряться в твоём мире, предать свои корни и традиции, перестать быть кем-то важным. Сомнительно, чтобы я пошёл на такой шаг. Чувства к тебе и моё положение в этом мире для меня весят одинаково, буду честен с тобой.
Кир убрал руку и начал шарить в кармане. Он достал красивый талисман в виде цветка, украшенного красными камнями. В свете звёзд цветок дивно отблескивал.
- Утром ты увидишь всю красоту этого талисмана, - сообщил Кир. Настя, ошеломлённая неожиданным подарком, сжала пальчиками цветок. Этот талисман был очень символичен, ведь Кир вручил его в особенный момент, когда они были лишь вдвоём, без лишней суеты и других людей.
- Спасибо, - поблагодарила Настя, вспоминая, что это первая вещь, которую ей подарил муж.
- Это цветок плодородия, - добавил Кир, обесценивая момент, - мои предки верили, что этот талисман помогал женщине выносить и родить наследника.
Настя едва подавила желание выбросить подарок в воду. Давление с ребёнком усиливалось с каждым днём.
- А если мы вообще не сможем зачать малыша? – осторожно спросила она, - мы ведь не знаем, насколько совместимы наши организмы.
- Род центерианцев должен продолжаться, - ответил Кир размыто.
Настя выпуталась из его объятий и повернулась лицом. В свете звёзд было плохо видно его лицо, но глаза смотрели прямо, не прячась. Значит, Кир не боялся затронуть нити души девушки, продвигая правду своего народа упорно и безжалостно. Любил ли он её на самом деле, как описывали писатели-романтики в своих произведениях? Или в разрезе отсутствия чувств в этом мире, казалось, что у них красивая история любви?
- Я могу повторить свой вопрос, - более твёрдо повторила Настя. Кир осторожно дотронулся пальцами до её щеки. Прикосновение было нежное и приятное. Настя на мгновение прикрыла глаза, но тут же сбросила ощущение сладкой истомы.
- Ты прекрасна, - говорил Кир, - если ты исчезнешь, я буду помнить минуты нашего уединения до конца жизни. Ни одна женщина больше не займёт твоё место в моём сердце.
- Твои слова говорят мне о чём-то плохом, - голос Насти начал звучал глухо, - в моём мире пары осознанно выбирают жизнь без детей, наслаждаясь лишь друг другом всю жизнь.
- Это невозможно, - Кир покачал головой, - если принцесса не может зачать ребёнка, тогда девушка-Адамас рожает наследника.
Слова Кира прозвучали, как гром среди ясного неба.
- Ты это серьёзно? – испуганно спросила Настя.
- Вполне, - теперь Кир отвернулся, рассматривая чёрную гладь воды, - моя первая жена-Адамас не смогла родить ребёнка, мы развелись, точнее я развёлся. Равноправные браки разрываются лишь по согласию обеих сторон. Если союз сохраняется, тогда для зачатия берётся ещё одна девушка, - спокойно объяснил он.
Глава 29
Настя ехала в поезде в отдельном вагоне, окружённая служанками. Девушки старались не тревожить принцессу, но даже малейший шум раздражал жену Кира. В конце концов, Настя вежливо попросила всех удалиться в коридорное помещение, где стояли лавки. Служанки молча вышли.
Настя чувствовала лёгкую вину за свои приказы, но сильная мигрень не отпускала её уже несколько дней, после того, как романтическая поездка с Киром обернулась информационной бомбой, когда правила центерианцев свалились на голову землянки.
Новая жена-Адамас! Как Кир это себе представлял? Девушка для зачатия ребёнка! Этот варварский мир с примитивными законами пугал Настю до ужаса. Она представляла своего мужа, идущего на ночь с Адамас ради соблюдения правил и законов, и буквально тряслась от злости и страха, что такое реально могло произойти.
Кир ехал в соседнем вагоне, занимаясь государственными вопросами. Вход к нему был запрещён, хотя Настя уже несколько раз рвалась туда, чтобы убедиться в существовании их чувств, любви, понимая, насколько сильно всё пойдёт под откос, если Кир возьмёт вторую жену. Именно так теперь она называла эту потенциальную девушку.
Кир уверял, что эта мера не будет принята в течение ближайшего года, но дальше на него начнёт давить Корнилус. Год! Тут год длиннее, чем земной, но он тоже подойдёт к концу. Настя была близка к тому, чтобы попросить Алекса привезти ей противозачаточные таблетки, ведь дико боялась забеременеть, и в тот же момент понимала, что в их жизни тогда появится третий человек.
Что страшнее: родить в этом мире или жить втроём? Этот вопрос буквально разрывал голову Насти на несколько частей. Чувства к Киру постепенно отходили в сторону, вытесняясь зоной комфорта. Любовь к себе, самоуважение стояли на одной чаще весов, сражаясь с любовью к Киру.