Село Кайгородское было небольшим поселением — около семисот человек, примерно на сто дворов. Оно располагалось на берегу Камы. Дзержинский жил в доме местного жителя Александра Якшина. Вокруг села простирались непроходимые болота, а ближайшее крупное поселение — Нолинск — находилось в четырёхстах вёрстах отсюда.
Ссылка была административная: Дзержинский находился под надзором полиции и строгим контролем властей. Ему запрещалось вести какую-либо общественную деятельность, но, несмотря на запреты, он продолжал общаться с местными крестьянами. В период пребывания в Кайгородском он часто занимался охотой, зимой гулял на лыжах, вёл переписку и помогал крестьянам составлять жалобы и прошения, а также активно занимался самообразованием.
По замыслу властей, именно удалённость и труднодоступность села должны были изолировать революционера от внешнего мира и предотвратить его дальнейшую деятельность. Однако именно эти факторы делали его побег особенно сложным, но — как оказалось — вовсе не невозможным. Ведь уже в августе этого года, в другой истории, он спустится на лодке по Каме и покинет это место.
Вечер выдался тёплым и солнечным. В Кайгородском царила особая атмосфера: природа расцветала, воздух был наполнен ароматами цветущих трав и цветов. Мы прибыли в село ранним утром и заметили небольшой дом на окраине, где жил Дзержинский. Вокруг него раскинулись зелёные луга, а неподалёку шумела река Кама.
Феликс Эдмундович в тот день был в отличном настроении. Он сидел на крыльце и читал книгу, когда увидел приближающихся незнакомцев. В отличие от зимы, сейчас у него была возможность свободно передвигаться по селу, а местные жители давно привыкли к его присутствию.
Наша встреча произошла в тенистом дворе. Феликс сразу привлёк внимание своей энергичной походкой и внимательным взглядом. Приветствовал он нас просто, по-деревенски, но в его манерах чувствовались уверенность и внутренняя сила.
Наш разговор начался с обсуждения погоды и местных новостей, но вскоре перешёл к более серьёзным делам. По нашей договорённости основной диалог с Феликсом вёл Иосиф. Дзержинский, заметив наш интерес к общественным вопросам, стал более откровенен в своих высказываниях. Никто не мог предположить в тот день, что эта встреча станет началом важных событий в жизни Феликса и Иосифа…
Глава 5
Миссия на Каме. Побег Феликса Дзержинского
Поезд вёз братьев, Кузьмича и Сосо, а также ещё одного молодого человека — в направлении Санкт-Петербурга. Операция «Феликс» прошла вполне успешно. После знакомства, которое состоялось в доме Александра Якшина, где Дзержинский проживал под наблюдением властей, ограниченный в правах, но фактически занимающийся много чем из запретного списка, у нас с ним состоялся достаточно долгий разговор.
Мы с братьями прекрасно зная, что тот уже и так вероятнее всего планирует побег в конце лета расписали ему вариант по ускорению этого мероприятия. Он конечно же согласился, но вот поначалу относился к нам с большим таким недоверием. В этом человеке сразу был виден какой-то стержень и железная воля, это не тот, кого можно обвести вокруг пальца, поманив пряником. Да и ничего подобного мы делать и не собирались, не для этого в такую даль добирались.
Основные мысли по внедрению нового члена команды, которые начали собираться в единую структуру в наших головах, Феликсу доносил Иосиф. Важно было, чтобы молодой Дзержинский сразу воспринял Сосо, как старшего товарища, за которым он сможет пойти, реализуя свою неуемную, не растраченную энергию, а ее признаться честно было хоть отбавляй. Феликс проникся теми идеями, которые вдохновили и Иосифа. А ещё наш грузин много рассказал о преобразованиях, совершённых им на производстве, о том какие социальные эксперименты он проводит внутри небольшого, но тем не менее разношёрстного коллектива, вобравшего в себя разные слои населения. Ведь у нас трудились мастеровые, разнорабочие, был свой инженерный состав, а на простые работы часто привлекали крестьян, которые приезжали в город в надежде на заработок, чтобы прокормить семьи.
Леха с Никитой, поддерживая диалог наблюдали, как два молодых и активных человека увлеченно говорят, спорят, ругаются друг с другом. Но главное было, что у них появилась явная взаимосвязь, которой как я знаю в прошлом мире у этих, двух людей, ставших значимыми фигурами, не было. В том мире они безусловно уважали друг друга, но и противоречий хватало, по крайней мере если верить разным историческим сведениям, то же окружение Сталина не особо принимало Дзержинского. Но мы сейчас в другом мире, и наша большая цель, это избежать кровопролитных потрясений, которые начнутся если ничего не предпринять в 1917 и будут продолжаться много лет, унеся с собою миллионы невинных жизней. То, что получится бескровно поменять систему, в это я конечно же не верил ни на грош. Так или иначе при смене курса или строя, даже при резких изменениях в политике, происходит так называемое обновление элит, стоящей у вершины власти государства. Вот в то, что старая элита, иногда даже просто бесполезная, но которую вдруг отрывают от кормушки, просто сложит лапки и уйдет в сторону, нет в это я не верил ни капли. Но и масштабы пролитой крови могут быть совершенно разными, поэтому-то для того, чтобы в нужный момент нам быть готовым к активным действиям мы и пытаемся уже сейчас внедрить в окружение Иосифа человека, который в нашей истории сыграл немалую роль в построении органов государственной безопасности, и думается, что он не последний, в будущей команде Джугашвили.