Мария Андреевна встретила посетителей добродушной улыбкой. Старая ведьма недовольно поджала губы при виде зареванной детской мордашки, и Катя окончательно убедилась, что прозвище попало в цель.
– Хочу кису, – потребовал Сема, не позволяя ей отвлечься от своей персоны.
Катя растерялась: не ловить же для него кошку. Тем более, он наверняка затискает несчастное животное, а то и сам пострадает от зубов и когтей. Выручил подошедший с вазочкой печенья Дима.
– Будешь хорошо себя вести и сидеть тихо – они сами подойдут познакомиться, – произнес он строго. – Как вас зовут?
– Меня Сима... Серафима, – ответила девушка, скромно опустив пушистые реснички. Круглые щеки ее порозовели: обаяние хозяина действовало безотказно. – А это Семен. Сема, что нужно сказать?
– Спасибо, – пробубнил мальчишка, набивая рот печеньем.
– На здоровье, – улыбнулся Дима. Семен посмотрел на его зубы и нахмурил реденькие светлые брови. – Подожди, не ешь всухомятку, я тебе чай принесу.
– Не буду чай, – косясь на него подозрительно, пробурчал мальчик.
– А из самовара?
– Правдашнего? Как на базаре?
– Мы читаем сказку про муху-цокотуху, – пояснила Сима. – Не надо, мы и так вас побеспокоили...
Но Дмитрий не дослушал и отправился на кухню, велев предложить ребятам пирожных. Девочка не успела отказаться: разумеется, ее братишка немедленно заявил, что хочет пирожное.
Вскоре все вчетвером расселись за накрытым столом. Сема получил бант на веревочке и играл с черным котенком. Сима немного расслабилась и разговорилась. Оказалось, что кроме капризного Семы у нее есть еще один братишка и две сестренки, и все младшие. Потому она и засмотрелась на кошек: завести животное дома условия не позволяли.
– Весело у вас, наверное, – вежливо сказала Катя.
Ее единственный брат был младше на пять лет, и в детстве они постоянно ссорились. Страшно было вообразить, каково это – справляться с целой оравой малышни.
– Да уж, не соскучишься, – рассмеялась Сима и тут же поймала за руку братишку, под шумок пытавшегося угостить котенка кремом с пирожного. – Ты что делаешь, ему нельзя сладкое, животик будет болеть!
– Ты мне так говорила, а он не болел, – заявил несносный ребенок. – Котик хочет вкусняшку!
– Это для тебя вкусняшка, а котики сладкое не любят. Они не различают сахар на вкус.
– А ты много знаешь о кошках, – сказал Дима, рассматривая девчонку с интересом.
Катя вдруг почувствовала, как в голове вертится какая-то мысль, но ухватить ее за хвост не получалось. Что-то, связанное со сладостями...
– Наша гостья, кажется, соизволила наконец-то нас покинуть, – отвлек ее Дмитрий. – Пойду провожу, предложу метлу, чтоб быстрее долетела.
– Наверное, мне тоже стоит попрощаться, – сказала Катя Симе. – Вы пока пейте чай, я сейчас.
Глава 9
Гостья уже поднялась с дивана и двигалась к выходу, внушительная как дирижабль. Она оказалась на голову выше маленькой изящной Марии Андреевны, а уж шире едва ли не втрое. Кошка, все это время дремавшая рядом, спрыгнула на пол и последовала за старухой, задрав трубой темно-серый хвост.
– Дело твое, конечно, но мне вся эта затея не по душе, – говорила ведьма-Зинаида хозяйке. – Внук этот, непонятно откуда взявшийся... Он тебя втянул в какую-то авантюру, попомни мое слово. Все они затейники, лишь бы не работать. Заводы стоят, а кругом одни менеджеры да блогеры, тьфу ты!
– Мне тоже было очень приятно с вами познакомиться, – проворковал Дима, улыбаясь ей, как родной. – Приходите к нам еще.
– И приду, – отозвалась она, воинственно вздернув все три подбородка. – Не думай, что раз Маша без родных детей осталась, то за ней и присмотреть некому. А ты чего тут? Брысь!
Селедка стояла возле двери и вопросительно смотрела, ожидая, когда ей откроют. Мария Андреевна и Дмитрий переглянулись.
– А это она с тобой собралась, Зин.
«О нет! Селедочка! Неужели они ее этой противной бабке отдадут?» – с ужасом подумала Катя.
– Не нужны мне никакие кошки, – успокоила ее Зинаида. – Одна грязь от них.
– Селедка очень чистоплотная, к лотку приучена и к когтеточке. Привита, стерилизована, глистогонили неделю назад, – как ни в чем не бывало рассказывал Дмитрий. – Она вас признала. Но если не хотите...
– Сам ведь говорил, что она ко всем идет, – возразила Катя и удостоилась презрительного взгляда.
– К тебе-то вон не пошла. Гляди-ка, животное, а чует... И ведь надо было такую кличку придумать – Селедка! Кто ж так кошек называет!
Некоторое время старуха и кошка молча смотрели друг на друга. Тишину нарушал лишь звонкий голосок Семы, требовавшего у сестры последний кусок пирожного.